Близится буря

И очередями их не прижмешь, нет у нас тут подходящего оружия, такого, чтобы выплевывало пули целыми сотыми лентами, а те бы стволы деревьев прошибали. Оглянулся — не видать уже наших, спустились ниже, так что понемногу надо и нам сдвигаться назад, чтобы не зависнуть, не дать связать себя боем, потому что у нас еще самое страшное впереди — рывок на шлюпке до яхты, с противником на хвосте. Даже думать про него пока не хочется.

— Отходим метров на пятьдесят, к первому повороту тропы! — заорал я.

Да, вот так командовать приходится, чтобы все слышали.

И плана боя нет никакого, чтобы «каждый солдат знал свой маневр», на ходу ведь импровизирую. Ну, хоть парами передвигаться умеем.

— Прикрывай! — крикнул я и, услышав близкие выстрелы, рванул из-за камня, перебежал, укрылся за другим, еще перебежал, увидел, как перепрыгивает через мелкие кусты Фрол.

Нет, подавить таким огнем противника невозможно, получится только на себя огонь отвлечь, давая нам возможность укрыться. Укрылись.

Дальше уже я стрелял из своего неуклюжего карабина по мелькающим за деревьями смазанным темным силуэтам, а они стреляли по мне, заставляя испуганно моргать и ругаться последними словами про себя, от страха и желания спрятаться за камень, а Байкин с братьями Рыбиными чесали в нашу сторону изо всех сил.

— Есть! — крикнул оказавшийся неподалеку Байкин.

Черт, теперь уже не разглядеть обход противника, если он будет. Сколько их? С виду человек пятнадцать было, на дороге двое лежат, и одна лошадь.

Почти полный отряд до сих пор, против нас пятерых. Черт, Леонтия бы сюда с его гранатометом, но он самый большой, самый сильный, ему Макара тащить, и если хотя бы одного из нас не будет с ними, то шлюпка к берегу не подойдет. Поэтому все вот так, имеем то, что имеем.

Как-то очень быстро магазин опять расстрелялся, вновь заталкиваю в него патроны. Перед носом нетолстая ветка с длинными листьями и вот этими самыми пахучими цветами. И вдруг в нее пуля — щелк! — и ветка ко мне прямо на колени свалилась.

А вторая пуля в камень за спиной, опять — щелк! — и по спине мелкими раскаленными осколками резануло. Больно! Больно, мать их в душу!

Переполз за соседний камень, выглянул аккуратно, убедился, что к новой позиции пока никто не пристрелялся, прицелился, увидев сперва вспышку, а потом темный силуэт, — похоже, что кто-то стреляет с колена, приподнявшись из-за маленького увала. Поймал его в прицел, потянул спуск.