Ближе, бандерлоги!

При виде Мазура с Лавриком он на миг застыл, глядя недоумевающе, чуть ли не зло. Рука чуть дернулась к куртке.

— Отставить, майор, — ухмыляясь, сказал Лаврик. — Группа «Снег» для полной ясности. — Он достал из внутреннего кармана куртки полоску материи с каким-то текстом и печатью, протянул парню.

Тот прочел, такое впечатление дважды, вернул Лаврику, покрутил головой, ухмыльнулся:

— Надо же… Интересные австралийцы…

— Не в парадной форме же ходить, — в тон ему усмехнулся Лаврик. — Знакомьтесь: майор Веслав Плынник, командир здешнего ОМОНа.

— А почему бы и нет, — майор преспокойно уселся. — Если в меру.

Лаврик наполнил рюмки.

— Узнаешь? — с легкой улыбкой спросил он Мазура, кивнув в сторону майора. — Совсем недавно виделись…

Мазур присмотрелся. И довольно быстро опознал нового знакомого: по пластике движений, по глазам, характерным мозолям на костяшках пальцев. Никаких сомнений: именно этот человек командовал замаскированными омоновцами, вломившимися в номер к двум «австралийцам» (да и остальных не обошедшими вниманием).

— Значит, вы и есть та самая щука, что не дает дремать карасям? Наслышан самую чуточку…

— Делаем, что можем, — чуть пожал плечами Плынник. — Эти должны знать: здесь все же осталась некая сила, которая им не дает ходить на голове…

— Представляю, как они вас любят… — сказал Мазур.

— Не то слово. Трепетно обожают. Вот только поделать ничего не могут, — лицо у него было упрямым и решительным.

— Из Ленинграда.

— Ну, тоже не Урюпинск… Что там, в конце концов, думают? Не понимают, насколько все серьезно? Акт о независимости провозглашен почти год назад. Структуры создаются вовсю? Они особенно и не скрывают, что Департамент охраны края — зародыш будущей армии.

— Кое-что, для этого и послали… — отреагировал Лаврик.

— Давайте сразу определимся, — сказал Плынник. — Вы — КГБ? В вашем удостоверении — никакой конкретики.

— Знаете, давайте-ка сначала выпьем, — сказал Лаврик.