Благословение небес

Кстати, а кто был тот пижон, с которым вы были обручены? — безразличным тоном спросил он. Потом прицелился, выстрелил и попал точно в цель.

Элизабет в это время перезаряжала пистолет и потому немного задержалась с ответом. Его вопрос, заданный невзначай, только подтвердил ее мысль, что флирт не воспринимается в свете серьезно, и люди, которые ранее состояли в связи, потом могут спокойно вспоминать о ней и даже поддразнивать друг друга. Пока Ян заряжал остальные пистолеты, Элизабет стояла и думала, насколько же приятнее говорить об этом в легком шутливом тоне, чем лежать по ночам без сна, изнывая от тоски и горечи.

— Виконт Мондвэйл был кем угодно, только не пижоном, — наконец ответила она, улыбаясь.

Он был явно удивлен, однако голосом этого не выдал.

— Это был Мондвэйл?

— М-м-м.

— Шесть — один, — поправил он.

— Все равно — я попала, так что берегитесь!

Он передал ей пистолет, и она опять прицелилась.

— Почему вы так и не вышли за него?

Элизабет на мгновение напряженно застыла, потом постаралась расслабиться и ответить в том же легком тоне:

— Виконту Мондвэйлу показалось немного странным, что его невеста проводит свободное время, уединяясь с Яном Торнтоном в коттеджах и оранжереях.

— И сколько претендентов в этом сезоне? — поинтересовался он, протирая пистолет.

Она знала, что он имеет в виду претендентов на ее руку, и гордость не позволила ей ответить, что в этом сезоне у нее нет ни одного претендента, так же, как и в прошлом, и в позапрошлом.

— Ну… — протянула она, стараясь не выдать выражением лица своего отношения к пожилому любителю херувимов. Полагая, что Ян вряд ли бывает в высших кругах, она решила, что он не должен его знать.

— Ну, например, сэр Фрэнсис Белховен.

На этот раз он задержался с выстрелом и долго прицеливался. — Белховен — старик. — Ян выстрелил, и ветка стала короче еще на один дюйм.

Когда Торнтон взглянул на нее, Элизабет показалось, что взгляд его стал более прохладным, словно его мнение о ней изменилось к худшему. Она сказала себе, что это ей только показалось, и решила не отходить от установившегося между ними шутливого тона. Подошла ее очередь стрелять, и она подняла пистолет.