Благие намерения. Мой убийца

– Что-то вы мудрите, мистер, – вмешался молчавший до сих пор присяжный. – Откуда бы Рейксу знать, что это важно?

– Он указал на сорт роз в вазе. Мне кажется, что он пытался привлечь к ним внимание инспектора.

– Но он не знал, что она скажет.

– Допустим, он слышал ее разговор с инспектором.

– Ну уж точно не слышал. В этом полиция очень аккуратна.

– Все равно, – Эллису приходилось трудно. – Мы должны быть полностью уверенными, чтобы принять решение. Нам необходимо рассмотреть все, что было сказано в ее пользу.

– Судья не слишком-то много сказал, – откликнулся лощеный господин.

– Знаете, как-то мне кажется, что это не очень честно. Вот не видится мне, что судья совершенно беспристрастен.

– Слушайте, если уж вы собрались против судьи выступать!.. То есть так нельзя!

– Я не выступаю. Просто судья высказал свое мнение слишком определенно.

– Он ведь должен был дать нам направление, правда?

– Верно. Однако верно и то, что следует опираться на свидетельства и только на свидетельства. – Эллис считал себя обязанным продолжать борьбу, хотя и начинал понимать, что проигрывает ее, да и сам не слишком убежден.

В другом конце комнаты он расслышал шепот самых тихих присяжных:

– Мы вот впятером, господин старшина, определились. Мы говорим «виновна».

Эллис огляделся и услышал со всех сторон слова одобрения. Даже фермер, желавший повесить Рейкса, похоже, передумал.

Эллис помедлил минуту, затем сказал:

– Нет, нельзя выносить вердикт, не достигнув единодушия, а я не могу с чистой совестью согласиться с вами, пока мы вместе не пересмотрим все свидетельства.

– Должен заметить, господин старшина, что мне ваша совесть утомительна.

– Поддерживаю.

– Но это и есть метод.

– Простите, я настаиваю. Если вы все уверены, тогда другое дело; в противном случае выходит, что нам вовсе наплевать на это дело.