Благородный соблазнитель

Я позвонил хорошим знакомым и объяснил, в чем хочу тебя видеть. Его привезли сегодня утром на самолете.

– Мне оно очень понравилось. А бриллианты?

– Традиционный подарок жениха.

Внесли два портшеза, и жениха с невестой усадили в них. Носильщики взвалили портшезы на плечи, и новобрачные поплыли над толпой в комнату, щедро убранную цветами. Джасим помог Элинор спуститься, компаньонки тут же бросились к ней поправлять наряд. Жених и невеста встали в центре комнаты, чтобы поприветствовать гостей.

Эрнест Темпест взял дочь за руку и нахмурился.

– Джасим настоял на том, чтобы я приехал. Твоя мачеха не смогла. Она не выносит жару. Ну что ж, ты неплохо устроилась, – провозгласил он. – Кто бы мог подумать!"

"За те два года, которые Элинор не виделась с отцом, он ни капли не изменился. Удивительно, что Джасиму удалось уговорить его приехать на свадьбу в Кварам.

– Я очень рада, что ты сумел выбраться, – тепло улыбнулась Элинор.

– На несколько дней. На севере страны есть парочка очень интересных археологических памятников, и твой муж организовал для меня тур, – пояснил отец. – Очень настойчивый, волевой молодой человек, не так ли?

Элинор чуть не рассмеялась над тем, как отец описал Джасима и с каким серьезным видом он это сделал.

– Да, так.

Бессодержательный диалог завершился, и отец Элинор слился с толпой. Она как во сне повернулась к Джасиму:

– Я не ожидала увидеть здесь своего отца.

– Он – твоя единственная семья, но я ни за что не стал бы звать его, если бы знал, как он к тебе относится. – Джасим обиделся за нее, и это тронуло Элинор. – Я хотел сделать нашу свадьбу особенной.

В этот самый момент к ним подплыла Лейла в лазурном струящемся платье, выгодно подчеркивающем ее фигуру. Широко улыбнувшись Элинор, она вовлекла Джасима в тихий разговор.

– Ты прекрасно ладишь с кузиной, – сказала Элинор, когда Лейла неохотно оставила их, вздохнув напоследок.

– Мы выросли вместе, – ответил Джасим. – Она надеется, что ты простишь ее за шутку, которую она сыграла с тобой вчера.

– Шутить о вторых женах, с которыми надо делить мужа, – дурной вкус! – отрезала Элинор.

Ее раздражала легкость, с которой Лейла выпуталась из ситуации.

– Лейла всегда любила пошутить, а ты – давай это признаем! – оказалась очень легкой мишенью, – невесело улыбнулся Джасим.