Битая карта

Но потом она уехала на север. Сьюи, кажется, тоже. С ним можно было поговорить. Ответов у него никогда не было, но слушать он умел."

"Ребус надеялся, что Сьюи сумеет и рассказать кое о чем. Вопросов к нему становилось все больше и больше. Ребус решил послать Понду пару крученых мячей (так вроде бы это называется у американцев).

— Если бы Элизабет Джек обзавелась любовником, то кто, по-вашему, это мог быть?

Понд даже чуть сбросил скорость. Он задумался на несколько секунд.

— Я, — сказал он наконец. — В конце концов, с ее стороны было бы глупо искать кого-то другого, не так ли? — Он снова усмехнулся.

— А за неимением лучшего?..

— Ну, ходили слухи… Слухи всегда ходили.

— Ну?

— Господи, вы хотите, чтобы я вам всех перечислил? Хорошо. Во-первых, Барни Байерс. Вы его знаете?

— Я его знаю.

— Барни, думаю, подходящий кандидат. Он, правда, помешан на том, чтобы все было высший класс, но в остальном хороший парень. Они были довольно близки какое-то время…

— Кто еще?

— Джейми Килпатрик… Джулиан Каймер… Думаю, этот жирный ублюдок Киннаул тоже попытал счастья.

— Вы имеете в виду Луизу Паттерсон-Скотт?

— Можете себе представить? Болтали, что после одной из вечеринок они утром проснулись в одной постели. Ну так что?

— Кто еще?

— Да их, может, сотня.

— А вы так-таки?..

— Я? — Понд пожал плечами. — Мы несколько раз целовались-обнимались. — Он улыбнулся этому воспоминанию. — Могло бы зайти и дальше… но не зашло.

Здесь лежит Элизабет Джек.

Она давала всем.

— Можно воспользоваться вашим телефоном? — спросил Ребус.

— Конечно.

Он позвонил Пейшенс. Вечером пытался дважды, но оба раза без толку. На сей раз она ответила. Он вытащил ее из постели.

— Ты где? — спросила она.

— Еду на север.

— Когда увидимся?

В ее голосе не было никаких эмоций, никакого интереса.

— Завтра. Точно.

— Так дальше не может продолжаться, Джон. Правда не может.

Он попытался найти слова, которые ободрили бы ее и в то же время не осрамили перед Пондом. Он искал их слишком долго.

— Пока, Джон.

Трубка замолчала.

* * *Они добрались до Кингасси задолго до рассвета — дороги были почти пусты, ни одной патрульной машины на пути. Они захватили фонарики, хотя нужды в них не было.