Битая карта

 — Черт, — сказал он и приложился губами к царапинам.

Он сердито посмотрел на кота. Кот тоже недружелюбно поглядывал на него, потом спрыгнул со стола и исчез.

— Как он вас, не сильно?

— Не очень. Такого нужно на цепи держать.

Она улыбнулась:

— Вы что-нибудь знаете о вчерашнем рейде?

Ребус моргнул, продолжая высасывать кровь из царапины.

— Каком рейде?

— Я слышала, что полиция наехала на бордель.

— Правда?

— И что там поймали члена парламента Грегора Джека.

— Правда?

Она снова улыбнулась.

— Просто я подумала, может, вам что-то об этом известно, — сказала она. — Ну, то есть правда ли это. То есть… — Она вздохнула. — Бедный, бедный Разорёха.

Теперь Ребус нахмурился.

— Это прозвище, — объяснила она. — Разорёха. Так его Рональд называет.

— Значит, ваш босс знаком с мистером Джеком?

— Да. Они вместе в школе учились. Разорёхе принадлежит половина всего этого.

Ребус кивнул.

— Вообще-то, — проговорил он, — раз уж вы сами об этом сказали, ваша лавка и впрямь смахивает на прииск — отвалы, завалы… — Теперь запястье у него жгло как крапивой.

Она не ответила — видать, обиделась. Она уже взяла со стола карандаш и снова принялась за книги. Ребус мысленно послал ее подальше, пошел к двери и шумно отер подошвы о коврик, прежде чем выйти на улицу. Кот уже вернулся на витрину в окне и теперь вылизывал себе хвост.

«И тебя туда же, приятель», — буркнул Ребус.

* * *У доктора Пейшенс Эйткен были домашние любимцы. Очень много любимцев. Крохотные тропические рыбки… ручной еж, который жил в конце сада… два волнистых попугайчика в клетке в гостиной… и, да, кот. Приблудный котяра, который, к облегчению Ребуса, бо`льшую часть времени по-прежнему предпочитал бродяжничать. Окрас у него был пестрый, и звали его Душка.

Душке Ребус нравился.