Возвышение Меркурия. Книга 13 (СИ)

В случае с Европой, напасть могли разве что на Данциг. Пусть вольный город мне и не принадлежал, но договор о союзе между нами имелся. Вполне достаточный резон. Впрочем, там был Билли. С изрядно разросшейся командой, которая по словам ирландца превратилась в небольшую армию. Так что, решись противник атаковать, он скорее всего быстро бы пожалел о своём поступке.

Здесь всё было иначе — протяжённая сухопутная граница, которая даже толком и обозначена пока не была. И уж тем более, там не было каких-то укреплений.

Опять же, в теории, я бы разгромил в итоге и первых, и вторых. Но вот репутация рода Афеевых рухнула бы на дно. Вместе с верой в Меркурия, Чжень-у и остальных богов пантеона, которых мы планировали постепенно вводить в оборот.

Самолёт уже шёл вниз — вышедший из изумлённого ступора диспетчер, который оказался шокирован нашим неожиданным появлением из ниоткуда, дал разрешение на посадку борта с главой рода Афеевых. Я же, оперевшись руками о спинку кресла, глянул на членов свиты.

— Кольчуги держать постоянно. Не отвлекаться и не терять друг друга из виду. Сомневаюсь, что к нашему прилёту подготовили что-то серьзное. Но кто знает, что выкинут маньчжуры, если им представится возможность ударить по кому-то одному из нас.

Убедившись, что меня все услышали, опустился обратно в своё кресло. А через несколько минут уже стоял перед открывающейся дверью, за которой маячил трап.

Сделав пару шагов, окинул взглядом окрестности. Встречающая делегация была немногочисленной и что-то бурно обсуждала между собой. Судя по всему, нас тут и правда не ждали.

Поморщился от шума в голове. Похоже смертная оболочка всё ещё привыкала к новым нагрузкам. А когда спустился на десяток ступеней, звуки, что раньше напоминали шелест волн, неожиданно сложились во вполне отчётливые слова.

«Меркурий. Спаси меня. Не верь им. Не верь никому. Вытащи меня отсюда. Больно. Как же больно.»

Фразы повторялись раз за разом — слова в них менялись, но смысл оставался тем же. Я же замер на месте, определяясь с решением. Потому как я узнал разум того, кто ко мне обращался.