Безрассудная

Как она могла его остановить? Каждый раз, когда он задавал себе этот вопрос, Александр приходил к выводу, что он на самом деле не хочет ответа. И он стал спать один. Или по крайней мере пытался спать. Большую часть ночи он просто лежал, желая Эйлис. Он начал избегать ее, насколько это было возможно, из-за опасения, что его желание может одолеть разум и он и в самом деле попытается силой взять то, в чем она ему отказывала. А эта мысль была ему невыносима.

– Почему ты сейчас за ней крадешься? – буркнул он себе самому, доходя до узкого лестничного пролета.

– Сэр? – спросил тяжеловооруженный солдат, терпеливо ожидавший в низу лестницы.

– Куда пошла эта женщина? – спросил Александр.

– За угол, сэр. Будьте осторожнее, в той части двора темно, – крикнул солдат Александру и начал подниматься по лестнице, чтобы заступить на свою смену на стене.

– Прекрасно, – пробормотал Александр, увидев Эйлис.

Он поспешно направился к ней.

Эйлис услышала, что кто-то движется следом, и начала оборачиваться, когда ее внезапно схватили за руки и потянули в закрытую сверху нишу в высокой стене замка.

– Александр, оставь меня, – потребовала она, когда он мягко, но твердо прижал ее к стене.

– Здесь очень темно.

Эйлис попыталась его оттолкнуть, но он перехватил ее запястья.

– И опасно. Ты никогда не сможешь предвидеть, что случится.

– Да, ко мне может пристать какой-нибудь похотливый болван. – Она постаралась, чтобы ее голос был холодным и ровным, но он тут же дрогнул и стал отрывистым, когда она почувствовала эрекцию Александра. – Чего ты добиваешься? Ты собираешься взять меня силой?

Александр поцеловал ее в шею, и Эйлис поняла, что если он освободит ее руки, то единственное, в чем она будет колебаться, это с кого начать срывать одежду первым – с себя или с него.

– Нет, но я мог бы заставить тебя захотеть этого – хотя бы еще один раз.

– Ты можешь, но я тебе этого не прощу.

– И все же я попробую.

Она сцепила зубы, не сумев скрыть удовольствия, когда он укусил ее грудь через платье. Александр поцеловал ее с жадностью, которая была равна ее собственной. Когда он выпустил ее из рук, она сама обняла его.

Они оба тяжело дышали, когда Александр оборвал наконец свой поцелуй.