Безрассудная

Это женщины его семейства за последние двенадцать лет излечили его от восторженного отношения к женскому полу – точно так же, как лишили клан многих его богатств. Теперь Барра для Александра был всего лишь одним из несчастных мужиков, из которого обхватывавшие женские ноги выжали физические силы и остатки разума. Если бы Агнес все еще была жива, Александр мог бы ее убить.

Не в состоянии больше сдерживаться, Александр поднялся, выдернул кружку из руки своего брата и швырнул ее в дальний угол большого зала замка Ратмор.

– С тебя хватит. – Он гневно посмотрел на Барру.

Барра молча взял кружку у сидевшего рядом с ним человека, наполнил ее и сделал глоток.

– С меня никогда не хватит.

Александр запустил пальцы в свои густые золотистые волосы, раздосадованный тем, что не может понять брата.

– Черт бы тебя побрал, – проворчал он – Как ты можешь пьянствовать два долгих года из-за этой потаскухи Агнес?

– Агнес? – Барра слепо моргнул, подобно попавшей на свет сове. – Ты думаешь, я пью из-за Агнес?

Когда после этого Барра внезапно расхохотался, у Александра все похолодело внутри.

Этот смех не был беззаботным и заразительным, каким он был у Барры раньше, в более счастливые времена. Он был отрывистым, и у Александра появилась мысль: уж не тронулся ли его братец умом? Это подозрение подтверждал дикий взгляд налитых кровью глаз Барры – глаз, которые когда-то были еще голубее, чем его собственные. Александр знал, что вино вполне способно лишить человека разума. Выругавшись, Александр ударил брата по лицу с такой силой, что тот свалился со скамьи. Пока Барра молча поднимался с покрытого камышом пола и снова устраивался за столом, Александр бессильно сжимал и разжимал пальцы, борясь с желанием ударить брата еще несколько раз, чтобы тот протрезвел и пришел в чувство. То, что брат на него даже не рассердился, только добавило Александру злости.

– Я не сошел с ума, Александр, – пробормотал Барра. – Но я часто хочу, чтобы так и было. Сумасшествие может меня наконец освободить из ада.

– Я думал, что ты освободился, когда твоя жена-стерва испустила последний вздох.

Именно она превратила твою жизнь в подлинный ад.

– О да, так оно и было, и она постаралась, чтобы ее смерть не покончила с моими мучениями. Перед тем как умереть, Агнес забрала у меня то, что придавало моей жизни какой-то смысл. – Барра хрипло рассмеялся. – Хотя я не сомневаюсь, что ты не поблагодарил бы ее за это.

– Я бы, возможно, поблагодарил Агнес за экономию, получившуюся после ее смерти.