Безрассудная

Ступив в комнату Джиорсал, он улыбнулся, поскольку зрелище, которое представляла собой Эйлис, тронуло бы любое мужское сердце. За исключением сердца Дональда Маккорди. Даже при том, что у лежащей Эйлис сильно выпирал живот, она выглядела прелестно. Она все еще привлекала его; притягивала его и ее теплота. Малькольм подошел к кровати, как раз когда Джейм помог Эйлис сесть.

– Плохие новости? – спросила Малькольма Эйлис.

– О да, и еще какие! Сюда скачет твой жених. – Он увидел страх на ее лице. Эйлис попыталась встать, но он ей помешал.

Эйлис протянула руку, чтобы остановить Джейма.

– Думаю, он прав, мой друг.

– Мне нет нужды его убивать. – Джейм поднял большой кулак. – Я могу просто вбить в него немного здравого смысла и понятий о чести.

– Мы можем получить от этого выгоду, – пробормотала Джиорсал, хмуро глядя на Малькольма. – Правда можем.

– Ты вьешь из меня веревки, чаровница. – Малькольм мрачно посмотрел на Джиорсал, а потом остановил взгляд на Эйлис: – Думаю, у вас мало времени, чтобы сделать выбор из того, что я вам предложу.

– Тогда вам надо поспешить, – произнесла Эйлис. – Я хотела бы иметь хоть мгновение, чтобы подумать.

– Вернуть тебя обратно моему кузену было бы для меня очень выгодно. – Малькольм протянул руку, заставляя протестующую Джиорсал замолчать.

– Ты теряешь время, назови свою цену.

– Ты – моя цена. Когда все эти волнения будут позади, как должно быть, ты вернешь здоровье и родишь ребенка, я хочу получить одну ночь с тобой. – Он невольно сделал шаг назад, поскольку Джейм в сердцах выругался. – Вот моя цена.

– Малькольм, ты на это способен? – прошептала Джиорсал, глядя на него в горе и отчаянии.

– Когда станешь старше, ты будешь понимать больше, моя дорогая. – Малькольм пристально посмотрел в лицо Эйлис: – Ну?

– У меня есть мгновение. Тише! – Она протянула обе руки, когда Джейм начал говорить. – Благодарю тебя за заботу, но я должна решить сама.

– Я не хочу, чтобы ты покупала себе жизнь подобным образом, – произнес Джейм.

– Я не хочу никого оскорбить, мои дражайшие друзья, но речь идет о моей жизни.

Джейм кивнул, и Эйлис вздохнула.