Безбесыш. Предземье

Или же всему виной мощнейший предсмертный выплеск, который ощутил на себе в полной мере и я, уже не являясь объектом атаки.

Мальчишку выжгло…

Его больше не существует. Личность Китара стёрта. Другого объяснения у меня нет. Как нет и дара…

Дно вселенной! Какая несправедливость! Звёзды с ним, с Китаром — он так и так шёл к своей неминуемой судьбе — но столь ценный дар… Как же жалко…

Но не время предаваться унынию. Сейчас мне нужно спасти своё, теперь уже точно своё, молодое тело, к счастью, не обладающее серьёзными габаритами.

Снова сбрасываю с себя всё мешающее. Хорошо, что я весь в крови — смазка есть. Если поднырнуть под тем выступом, всё может получиться. Но сначала при помощи копья — его длины как раз хватает — нужно вытолкнуть свои вещи наружу. Подцепляю колчан остриём и медленно пропихиваю его через щель.

Сложности возникли лишь с сердцем. Трофей вдвое больше моей головы — оно не могло пролезть точно. Пришлось тратить бесценное время и разделывать добычу, благо крепь зверя в первую очередь влияет на прочность костей и шкуры. Внутренние органы даже хозяина леса режутся довольно легко.

Свершилось! Могу плыть на Землю. Древний хорт был значительно старше гигантского кабана, которого компания Вепря убила на острове. В сердце того зверя нашлось двадцать девять семян, этот же принёс мне без одного пять десятков.

Осталось только добраться до пристани, от которой отчаливают идущие к Земле корабли, а она находится в столице империи, на другом конце мира. Но проблема пути туда — это сложности будущего. Сейчас бы не застрять в этой щели.

Пролез! Идеальное место. Травянистый склон совсем рядом. Щель же прячется под карнизом, и разглядеть её можно только подойдя к ней вплотную.

Окружённая несколькими пологими холмами долина утопает в жёлтой траве, кое-где разбавленной пятнышками редких одиночных деревьев и более крупными пятнами скоплений кустарника. Вдали видны горы, постепенно ползущие ввысь. Всего в сотне километров отсюда на самых высоких белеют уже ледниковые шапки. Обычный для здешних мест пейзаж. А самое в нем прекрасное — полное отсутствие хортов в моём поле зрения.

Пробежимся.