Бездомыш. Предземье

Я не знаю, что делать, но то, что предлагает Ло — это бегство, и это предательство. На такое я не пойду.

* * *В доме Тумена, помимо вызвавшего меня к себе вождя оргаров, уже находилcя Маскар. Глаза здоровяка-ургула блестят — чем-то снежник взволнован. Да и лицо второго охотника отражает нешуточные переживания. Явно, что-то задумали.

— Здравия, воины! — поприветствовал я снежников. — Зачем звал, вождь?

На миг промелькнула мысль: призвать Ло, но я её быстро отмёл. Хватит бесу решать за меня. За те две недели, что прошли со дня нашего того разговора, я трижды его спрашивал — не придумал ли он чего нового, но Ло продолжает стоять на своём.

— Будь здрав, князь! — откликнулся Тумен.

Маскар же ограничился кивком и кривой улыбкой.

— Совсем плохи дела, — вздохнул вождь оргаров. — Помнишь, я говорил, что орлов будем жрать? Так не шутки уже. Твой вчерашний в момент по котлам разошёлся. Сегодня нет дичи?

— Увы, — покачал я головой.

— Да там уже того скота… — скривился Тумен. — Плохо всё. Сидим, мозгуем, вот, с Маскаром… Решать надо что-то.

— И как? Намозговали чего?

По лицам вижу, что да. И бегающие глаза снежников мне подсказывают, что придумка их мне совсем не понравится.

— От лишних ртов избавляться пора, — пробурчал Маскар.

— Не прокормим всех, — кивнул Тумен.

Ну вот и началось.

— И, кто лишние?

— Не твои, князь, — ухмыльнулся Тумен. — У Багона под шесть сотен ртов. Я прикинул уже — если от харадов избавиться, лютый голод на месяц-другой отодвинем. К тому времени уж точно хорты уйдут. Разноцвет — ладно, но со страдником уже настоящая жара начнётся — не под звериные шубы погодка. Нам бы дотянуть только.

Понятно. Маскар подговорил. Уж как не разделяет Тумен ургулов с харадами — лагеря этих кланов по разные стороны долины стоят — а кровники всё равно умудряются цапаться.

— А, коли не уйдут хорты? Кто следующий на изгнание?

— Какое изгнание, знатный? — нахмурился Маскар. — Ворота засыпаны. А хорты завал и тот стерегут.

— Коли хорты не уйдут, — не дал закончить вождю ургулов Тумен, — Мы все станем лишними. Я теперь, князь, и свой клан зимой прокормить не смогу, если охотники будут сидеть взаперти.