Безбашенный

Что-то я в последнее время стала совсем рассеянной и собраться вовремя для меня — самый настоящий подвиг! Которого, к счастью, Славка от меня не ждет и совсем не возмущается из-за моих теперь уже ставших постоянными опозданий! Только улыбается какой-то безумно счастливой улыбкой каждый раз, когда я пытаюсь извиниться и притягивает к себе, гладя по животу, по которому еще совсем ничего не видно! Ну вот ни капельки! Но Слава убеждает меня в том, что он чувствует нашего малыша, а я решила с ним не спорить, — ну зачем, если он так от этого счастлив?

— Уверена, — шиплю Полинке так, чтобы она не услышала — в этих пустынных коридорах, когда никого нет, такое эхо, что даже если про себя говоришь, и то тебя на другом конце корпуса слышно.

— Стерва, — шипит Полли, взмахивая руками. — Может, прижмем ее тут к стеночке, а? Никто и знать не будет!

— И что, Поль? Расчленим и уйдем? — я уже хохочу, прикрывая рот ладошкой.

— Даже прям и не знаю… А что, у тебя с собой нож есть?

Ну, Полли, конечно, как всегда!

Хотя, если честно, то даже я бы несколько раз ее за хвост дернула бы, — а ведь мне такие разборки никогда не были по душе!

Но ведь и так же с живым человеком нельзя!

Даже если бы не знала Антона, — да будь просто любой, пусть даже самый противный и захудалый парень, — разве так можно, — взять и вышвырнуть его цветы и признания? Тем более, — Антон! Да он же потрясающий! И уж точно никогда и ничем эту девицу не обидел! А как из-за нее страдал! Как метался по всему Побережью.

— Были бы ножницы… — мечтательно закатывает глаза Полли. — Я бы ей хоть волосы эти обкромсала… Не то, конечно, чего она заслуживает, но хоть что-то…

А ведь я с ней солидарна, — с ужасом понимаю, нащупывая в сумочке маленькие маникюрные ножнички.

Блин, — нет, ну нет, ну вот что я делаю, о чем думаю?

— Пошли отсюда, — хватаю Полинку за руку. — Сами разберутся как-нибудь, без нас. Давай не лезть в это во все.

Ведь все равно это Антону ничем не поможет. Эх, лучше бы мы его с какой-нибудь приличной девушкой познакомили, а то жалко на него смотреть, особенно в последние дни! Но ему нужно время, чтобы забыть эту бессердечную стерву. Хотя, — надо признать, — красавица она редкая.