Безбашенный

Но, если будет нужно, я и от него тебя буду защищать. Ты пойми, Мира, он же просто психанул. Ну, а кто бы не психанул, м? Я, когда Ксану с другим видел, без разбора всех убивать был готов. А мы с ней тогда даже еще и не встречались. Ему время нужно. И ты пока приди в себя. Привыкни к мысли, что тебя больше никто не тронет. Не заставит делать то, что тебе противно.

— Дэн? — теперь сама хватаю его за руку, не давая подняться и уйти. — Что ты говорил про свадьбу?

— Потом. Сам тебе все скажет.

Я снова осталась одна.

Только теперь почему-то на самом деле мне стало спокойно. Как будто этот разговор мог что-то для меня решить… А, может, мне просто банально было нужно, чтобы хоть кто-нибудь хоть единственный раз меня выслушал по-настоящему?

Глава 62

АНТОН

— Вставай! — резкий толчок в плечо заставил меня вынырнуть из своего блаженного провала из реальности. Да, мне снова снилась Мира. Но, блядь, там она была совсем другой. Той, что умеет любить, а не просто продается. Той, какой я, видно, сам себе ее придумал.

И мне реально впервые хотелось совсем не просыпаться.

— Это самый хреновый вариант брачной ночи, какую я когда-либо видел, — скалится Андрюха, протягивая мне бутылку минералки. — Хотя нет. Самый хреновый вариант был, когда жених застал свою невесту в моей постели.

— Какого хрена? — протираю глаза, рассматривая охренительный просто полный сбор в моей спальне. — С какого перепугу у моей постели такой аншлаг? А если я не один, а? Совсем охренели!

— Я тебе подарок на свадьбу принес, — Карин, как всегда, непробиваемый.

 — Самый ценный. Три часа наедине с Вадиком в изоляторе. Даже не благодари, все равно не расплатишься.

— Блядь, за такой подарок, Карин, я тебя даже на публике расцелую! — ну наконец-то хоть одно приятное событие! Ребра у меня, конечно, далеко не в целом виде, но, блядь, три часа наедине — это совсем другая песня, чем с толпой его мордоворотов в темном переулке.

— Не-не-не, вот этого не надо! — Андрюха отшатывается, замахав на меня руками.

 — И вообще, я в твою спальню больше не зайду! На пушечный выстрел! Особенно после того, как ты брачную ночь просрал! Мне уже просто страшно с тобой связываться!

— Это все потом, — Глеб, как всегда, суров и непоколебим. Даже тени улыбки нет и выглядит, как моя совесть. Хотя — разве я должен чем-то себя грызть? В этой истории не я оказался предателем.

— Домой к девочке нужно заехать, — кивает стоящий с ним рядом Скальсских.