Безбашенный

Но… Может, когда его ярость схлынет, и он успокоится — хотя бы сможет меня услышать! Нет, — ну в самом деле, он ведь должен понимать, что насильно полюбить себя никого нельзя заставить! И что эта любовь — зависела не от меня… Должен понять и… Отпустить меня? Это было бы счастьем, — и я бы даже не ненавидела бы его после того, что он со мной сделал!

Но когда меня рывком вытащили из машины и грубо поволокли через весь сад к его дому, когда швырнули на ледяной бетонный пол в подвале, захлопнув тяжелую дверь и прокрутив замок, — я поняла.

Вадим, — он намного хуже, чем я даже себе представляла!

Потому что — если бы остыл, — то наверняка перезвонил бы своим псам и отменил бы этот нелепый, нечеловеческий приказ!

А еще…

Еще я не заметила и тени удивления на лицах тех, кто меня сюда тащил. И… Если бы Асколов не поступал бы так раньше, если бы был нормальным, — скорее всего, они бы попытались его хотя бы вразумить, поспорить! Но — нет. Они просто молча, без всяких эмоций выполнили его приказ! А, значит, не такое и новое это для них занятие…

Чего я еще не знаю о своем так называемом «женихе»?

Впрочем, если он говорил правду, то он и не жених мне теперь после всего этого.

А кто?

Палач? Насильник?

Очень на то похоже….

И… Если он так поступил со мной, — то что же он сделает с Антоном?

Эта мысль пробирала всю насквозь, заставляя дрожать и тихо задыхаться от ужаса.

Хоть бы он его не нашел…

Хоть бы Антон не поехал домой, а отправился куда-то в ночной клуб вместе со своим другом! Они же любят гулянки до утра!

Антон.

— Вот, — я бросаю на стол перед Асколовым-старшим пухлую папку с документами.

Тут — до хера и больше, — левые денежные схемы, подделанные документы, через которых подставляли других людей — тех, от которых Асколовым — старшему и младшему было что-то нужно, — оба прекрасно поднаторели в том чтобы сначала втаптывать в дерьмо, а после прикидываться благодетелями, из него вытаскивая, и даже двойная бухгалтерия, — где только Углев накопал?

Хотя, — на него работает целый отдел безопасности и парни поработали на славу.

— Как думаешь, если об этом станет известно, кто из солидных людей, которым ты пытаешься сейчас втереться в доверие, а после аккуратно взять за яйца, закатает тебя вместе с твоим сынком в бетон первым?

— Я бы сделал ставку, — Андрюха, поигрывая своей неизменной монеткой, приближается к сидящему за столом Асколову почти вплотную, — так, что чуть не касается его лица.