Безбашенный

Ты уж прости, но… Ты для меня скорее друг, почти как брат, но не более…

— Могла бы давно сказать, — облегченно выдыхает Славка, искренне ее обнимая. — Я ж, блин, не знал, как в глаза тебе смотреть. Выросли вместе, еще малышней бегали с тобой, а тут…

— Ты тоже мог бы и сказать, — надувает смешливо губы. — А то я боялась ранить твои нежные чувства! Я, Слав, пытаюсь уговорить твоих родителей помириться… Может, вы с Лерой как-то в гости ко мне заедите, я и их приглашу…

— Не представляешь, как отлегло, — улыбается Бурин, сгребая Ирму в охапку.

— Я тебя обожаю, Бурин! Ты же взял весь удар на себя!

Они уже втроем хохочут, а Лера сквозь смех утирает слезы…

Ох, бля, мокрая у нас будет свадьба! Но зато обошлось, — и у нас с Эдом отлегло…

— Только Дэна с Углевым надо будет подстраховать, — выдыхаю с облегчением. — Ну, с этим, Эд, я думаю, мы справимся!

— А Карин-то все равно пошел блондинку утешать, хоть ей никаких утешений и не требуется! — ржет Эд. — Ты посмотри-ка, как хвост распушил!

Да… Придется кому-то отбиваться от нашего настойчивого мачо!

Весело, и рад за них безумно, а все равно душа не на месте.

Весь день, пока летали и суетились, чтобы все организовать — только о Мире и думал.

Как же было бы здорово, если бы она была здесь, со мной рядом на этом празднике! Так и не смог в универ заехать, хоть изо всех сил старался разгрузиться побыстрее! И завтра не получится — потому что к корпоративу надо готовиться, а мы с Эдом сегодня, естественно, вот совсем по нему ни хрена не успели сделать!

Блядь, — ну какой же я идиот! Как можно было не взять ее номер!

Что теперь Мира подумает, — что пропал после такой ночи?

От воспоминаний сердце дергается, и у самого расплывается такая блаженная улыбка, что Эд все спрашивает, где та сметана, от которой меня так прет.

Ничего, всего один день еще, а там…

Там я уже смогу обнять любимую!

— Это был просто обалденный бой! — мы все сидим за отдельным от остальных гостей столом, — молодые, родители Славы и наша компашка, — ну, кроме Улева, на которого Дэн бросает угрюмые взгляды, все, можно сказать, свои.

Родители Славы молчат, уткнувшись в тарелку. Мать что-то пробует сказать, но отец каждый раз сжимает под столом ее руку и она замолкает.

Зато все наперебой стараемся расхвалить Славку, — может тогда их сердца все-таки смягчатся?

Правда, от щебета Полинки о боях, на лице его отца только все сильнее ходят желваки.