(Без)условная любовь

Мог бы — встал и за шкирку взял шутника долбаного.

— Андрей, тише, где болит? — Катя положила руку на плечо парня, пытаясь отвлечь от Никиты…

— Нога…

Получилось так себе. Он-то ответил, но от Разумовского взгляд не оторвал.

— Чего лыбишься, урод?

Никита действительно ухмылку себе позволил. Почти незаметную, но Андрей ее уловил. Сомнения, которых и не было особо, развеялись. Эта гнида специально девочку на него толкнула. Совсем с катушек слетел мститель хренов…

— Парни, спокойно, — в разговор вмешался хореограф, сначала к партнерше Разумовского подошел, помог до кресла добраться, усадил, потом к Андрею вернулся… — Встать можешь?

— Могу… — если быть честным с собой, встать он мог не то, чтобы очень уверено, но доставлять Никите удовольствие, позволяя наблюдать за тем, как его чуть ли не носилках из зала выносят, не собирался.

— До кресел дойдешь?

— Дойду…

— Тогда иди присядь, у остальных все нормально?

Катя кивнула, с тревогой глядя на Андрея, Никита тоже кивнул, усиленно пряча ухмылку.

— Хорошо, тогда пять минут перерыва, а потом продолжим.

Разумовский тут же развернулся, вышел из зала, за ним последовали еще несколько одиннадцатиклассников, кто-то подошел к пострадавшим, обступил их полукругом, следя за тем, как Антон осматривает, проверяет степень травмированности… Девочку решено было сопроводить к медсестре, состояние Андрея же определить было проблематично, ибо он всячески этому препятствовал.

— Болит?

— Нет.

— А так?

— Нет.

— Ты же кривишься, Андрей!

Катя не выдержала, воскликнула, за что получила суровый взгляд Веселова.

— Не болит, — и безапелляционный ответ.

— Не глупи только, парень. Лучше сегодня отдохни, даже если действительно не болит, а то месяц танцевать не сможешь, оно тебе надо?

Ему было не надо, но и выглядеть слабаком, а главное — позволять Разумовскому чувствовать удовлетворение от сделанной пакости — ой как не хотелось.

Поэтому, всю пятиминутку, отведенную на паузу, Андрей жутко злился. А еще настраивался на то, что впереди еще с десяток кружков. Благо, адреналин успел шибануть в кровь, поэтому боль притупилась, хотя он и понимал — вывих заработал однозначно.

Разумовский вернулся чуть раньше, подходить не стал — зассал видать, но ухмылочкой своей поганой снова «порадовал».