Беспокойное лето

— На остальных она с разного рода предметами, как бы сказать… внутри в общем, где-то это метла, на которой она летит…в смысле насаженная на которую она летит в ведьмовской шляпе, где-то она не одна, а с чертями в аду, в общем очень своеобразный материал.

— Покажи! — Потребовал я.

— Ну уж нет! — Девушка встала и сложила руки на груди. — Только через мой труп. Я и так дала очень подробное описание.

— Значит, ты хочешь сказать, что Бельский испытывал психо-сексуальное влечение к Василисе? — Не стал настаивать я.

— Я бы сказала, что он ее ненавидел и не желал ей легкой смерти. — Нахмурилась Варвара. — Это и объясняет, что Василиса изображена то насаженной на кол, то распятой на дыбе. Бельский ее ненавидел больше, чем вожделел.

— Но все же вожделел. — Усмехнулся я.

— Естественно. — Хмыкнула Варвара. — Это же естественные позывы организма, Василиса Андреевна очень красивая женщина, будь у нее даже самый отвратительный характер, мужик со здоровыми потребностями ее сначала вожделеет, а только потом уже все остальное.

— Бред. — Не поверил я.

— А Вы, Дмитрий, так и не поздоровались. Сначала залипли туда, потом переключились на какие-то свои мысли, а потом пошли смотреть котиков. — Улыбнулась она мне как-то хищно. — И это при учете того, что Вы меня недолюбливаете.

— Прости. — Машинально извинился я, как только она привлекла мое внимание к своему вырезу я уставился туда и слушал ее в пол уха.

— За что? — Удивилась девушка.

— За то, что не до любил. — Пояснил я. — Исправлюсь!

— Вот о чем я и говорю. — Торжествующе уперла руки в бока она. — Даже если женщина не приятна, она рассматривается, как сексуальный объект, в том случае если она красива, конечно, вот и с Василисой так же. Бельский ее ненавидел.

Ненавидел… я задумался, а ведь это еще один камушек в огород Василисы, Бельский вредил институту, он ненавидел мою подружку, и вполне возможно, что она как-то от него избавилась, нанесла, так сказать, превентивный удар.

— Дим! — Варвара потрепала меня по плечу. — Что завис?

— Так.