Берлинский синдром

По обе стороны двери повисло молчание. Она гадает, когда Энди вернется домой. Водит ладонями по глянцевой поверхности двери; интересно, мать Энди делает так же?

— Вы ведь не видели его с тех пор, как он был ребенком, так?

Ингрид долго не отвечает, и Клэр уже начинает сомневаться, не ушла ли та.

— Так. Но прошло уже столько времени.

Молчание льется через край, и она смакует его: приятно что-то делить с другим человеком

— Тогда все было очень непросто, со Стеной и… и с тем, как сложилась жизнь, — продолжает Ингрид.

— Вы бросили его здесь?

— Да.

Ингрид вздыхает, и Клэр хочется взять ее за руку.

— Ингрид, вам, пожалуй, пора идти. По-моему, будет нехорошо, если он застанет вас здесь. Он все еще очень расстроен тем, что вы уехали, и не хочет видеть вас. — Слова так и льются, и она слишком много говорит. Ей не следует ничего объяснять: Энди рассердится, если узнает.

— Клэр, у вас все хорошо?

А Ингрид говорит совсем как ее мама: слова переполнены участием, и голос, пробившись за дверь, устремляется к Клэр, чтобы поцеловать ее в щеку.

— Клэр?

Она больше не может разговаривать с его матерью. А вдруг она скажет что-то не то, тогда лучше и не представлять, что последует дальше.

— Все нормально, — шепчет она тихим голосом и снова натягивает поводья, и ее голос крепнет. — Я в порядке, и у нас все хорошо.

— Ну, если вы в этом уверены…

Она ничего не говорит.

— Клэр, я оставлю Андреасу записку.

Она слушает, как Ингрид роется в сумочке в поисках ручки. Слышит, как та царапает слова на листке, приложенном к другой стороне двери. Внизу раздается шуршание, и листок бумаги проталкивается под дверь."

"— А теперь, Клэр, я пойду.

— Хорошо.

Пауза.

— Пожалуйста, сделайте, как я прошу, ладно? Надеюсь, мы скоро увидимся.

— До свидания.

— До свидания, Клэр.

Она уносит листок в гостиную. Ингрид написала свое имя, название отеля и его адрес, номер мобильного телефона и адрес электронной почты. Так много персональных данных. Lieber Andreas, manchmal muss man weit weg gehen, um der Liebe willen. Es tut mir leid. Ich liebe Dich, Deine Mama[39].

Она складывает листок пополам и кладет его между страницами книги. В спальне она снова ложится на кровать. День близится к концу, и потолок становится того же цвета, что и небо.