Бермудский треугольник черной вдовы

– Патологоанатом увидит картину обширного инфаркта, – пояснила гомеопат, – и его это не удивит, учитывая анамнез. А почему вы спрашиваете?

– Просто так, – сказала я.

В дверь кабинета постучали.

– Войдите, – разрешила Волкова.

На пороге появилась девушка.

– Извините, Людмила Игоревна, не хотела вам мешать, но приехало телевидение.

– Совсем забыла, – всплеснула руками врач, – у меня интервью для канала «Не болейте»! Для субботней программы.

Я встала:

– Спасибо вам за помощь.

– Не за что, – ответила Волкова, – если понадоблюсь, звоните.

* * *Через три дня вся моя бригада в полном составе сидела в зале совещаний, а во главе стола в уютном кресле устроилась Вера. Войдя полчаса назад в кабинет, Лазарева сразу увидела меня и попятилась.

– Ты? Что здесь делаешь? Светлана Алексеевна сказала, что ты заболела гриппом и слегла.

– Уж извини, пришлось солгать, – призналась я, – на самом деле я – руководитель особой бригады.

– Что? – опешила Вера. – Какая такая бригада? Мне позвонили из свадебного салона, где я заказывала платье, сказали, что такую модель больше не шьют, а их офис переехал на новое место… Что происходит?

– Вы сядьте, – попросил Иван Никифорович.

"– Конечно, – еще сильнее удивилась Лазарева, – это мой жених, у нас через пару месяцев свадьба, поэтому мне понадобился наряд. Я его выбрала, заказала… Что происходит? При чем тут Алеша? Он не должен видеть платье невесты до бракосочетания, это очень плохая примета.

– И уж совсем плохая примета вести в загс женщину, которая похоронила четырех мужей, – резко сказала Антонина.

– Вы на что намекаете? – взвилась черная вдова. – Да, к сожалению, все мои супруги оказались больными людьми. Так! Не понимаю, что тут творится, но разбираться не собираюсь и…

– Инна Валерьевна Голикова волнуется за своего сына, – сказала я.

– Скажи мне кто, что будущая невестка столько раз хоронила мужей, я бы тоже задергалась, – подхватила Тоня.

– Ах, вот в чем дело, – покраснела Вера, – мамочка Алексея! Она сумасшедшая! Никак не может понять, что сын взрослый, хочет иметь свою семью.

– Давайте поговорим спокойно, – попросил Глеб Валерьянович.

– С какой стати? – обозлилась Лазарева. – До свиданья! Не имею желания ни с кем беседовать.

Я быстро поставила на стол два флакона.

– «Омегаин» и гомеопатические сердечные капли Людмилы Игоревны. Что будет, если их смешать и дать выпить человеку, перенесшему шунтирование?

– Откуда мне знать? – вспыхнула Вера.