Бермудский треугольник черной вдовы

– Вера умела всех заставить ей подчиняться, – дополнила Алевтина, – с ней все дружить хотели, а она понимала: если с каждым общаться станет, то какая же она тогда королева. Хитрая, компанию сколотила и только с ними шкодства затевала, не разлей вода дети были.

– И кто входил в эту группу? – заинтересовалась я.

– Гена и Мила Волковы, Володя Сачков, – перечисляла Алевтина, – всех уж и не помню, но эти точно.

– Еще вроде Сеня Кратов, он из третьего Гуськова, из богатых, отец у него был писатель, денег не считал, подарил сыну кинокамеру, – вмешался Михаил Иванович.

 – О как! Пацану тогда лет семь-восемь исполнилось. По прежним годам золотая вещь, стоила как мотоцикл. Но мальчик рос тихим, вежливым. В то лето, когда Федя погиб, Сеня фильм о Гуськове снимал, в избы заходил, всегда разувался, расспрашивал, кем наши деды-прадеды были, просил фотографии предков показать. Я думал, подросток игру затеял, но альбом вынул. А он на самом деле кино снял, его потом в клубе демонстрировали.

– Еще Толя Паскин с ними был, – воскликнула Аля, – папа не совсем прав насчет Сачкова.

Да, его мать у Райки-пьяницы угол снимала, впервые приехала, когда мальчик в пеленках лежал. Было понятно: денег у нее нет. Лет семь-восемь Сачковы у Раиски жили, Володю нельзя было оборванцем назвать, чистенько был одет, но бедно очень, мопед у него развалюха. А потом вдруг объявляются Сачковы весной, Володя весь в новом. Лет ему девять тогда было. И Надежда Михайловна не к Раисе про комнату договариваться пошла, а к нам притопала и говорит моей мамуле:

– Елена Сергеевна, хочется нам в вашем маленьком коттеджике пожить.

Мама смутилась: как сказать-то, что дом не дешево сдается? Ну и наврала, что уже с другими по рукам ударила. Сачкова поахала, поохала и к Макарихе порулила, сняла у нее пристройку: три комнаты, веранда, заплатила сразу вперед. Деньги у матери Володи появились. Между прочим, Сачков, когда вырос, актером стал, в сериалах снимался, прославился, а недавно с собой покончил. Во как! Все получил – и деньги, и славу, а под поезд сиганул.

Газеты о самоубийстве писали, и по телику показывали.

– Сачковы в Гуськове каждое лето проводили? – уточнила я.

Аля почесала щеку:

– Много лет у нас отдыхали, последний раз приезжали, когда Федя и Гена погибли. Да и понятно, почему Надежда Михайловна от дачи отказалась, после такой трагедии отсюда многие москвичи удрали. Ой, вот беда-то!

Алевтина перекрестилась и продолжила:

– У нас всегда тихо было, жутких происшествий не случалось.