Беременна в расплату

И никто не догадается, какой ураган проносится внутри!

— Будущая мамочка ослаблена и чуть истощена. Видимо, были какие-то переживания? Не тревожтесь. С малышом все в порядке. Витамины, свежий воздух и внимание. С этим вашему супругу легко справиться.

Бадрид что-то рыкает в ответ, а у меня будто изморозь проносится по коже.

С самого начала, как только мы вышли из дома и сели в машину, его лицо будто каменное изваяние. И только по сжатым челюстям я понимаю, как он напряжен.

— Какой срок?

Хрипло спрашивает Бадрид.

— Примерно восемь недель.

Я с замиранием сердца рассматриваю нашего малыша на экране.

До слез хочется, чтобы ОН сейчас не стоял каменным изваянием!

А взял меня за руку.

Нежно провел по лицу.

Сказал бы, что мы пережили самое трудное, но все позади и дальше мы будем вместе!

Но я вижу только его широкую спину.

Что он чувствует? Что ощущает сейчас?

Думает о том, как бы отправиться меня на аборт?

Или уже все-таки понял, что этот ребенок может быть только его?

Ладно, Мари.

Сейчас он договорится про тест ДНК. И все встанет на свои места!

Но прием заканчивается.

Врач еще что-то поясняет Бадриду. Отдает какие-то бумаги, выписки.

И…

Он просто сухо благодарит и прощается, отправляясь на выход.

А я замираю.

Сердце пропускает удар за ударом.

В чем дело?

Почему он не говорит про ДНК-тест?

Или…

Уже сделал все сви выводы? И решил, что этот ребенок ему не нужен?

Буквально лечу за ним, чуть не спотыкаясь.

Ведет за собой до машины.

И едва я набираюсь решимости спросить, как тут же просто закрываю рот.

Меня из его глаз обдает такой ледяной волной, что понимаю. Лучше молчать. А еще лучше стать совсем маленькой сейчас и незаметной!

Бадрид.

Внутри все переворачивается.

Сидеть с ней рядом. Слышать ее запах и на хрен тонуть.

Приходится приложить все силы, чтобы не сдаться.

А все нутро хочет забыть. Забыть на хрен последний отрезок жизни.

Просто. Тупо. Вычеркнуть. Вырезать из памяти.

Просто взять ее сейчас за руку. Притянуть к себе. Зарыться пальцами в волосы. И дышать.

Ею дышать. Нашим этим гребанным проклятым вместе. Когда так неразрывно, что даже смерть и все демоны ада разорвать не способны!

Но после всего…

Нет. Сжимаю кулаки до хруста.