В ритме сердца

Я слегка теряюсь от подобного напора, а глаза ослепляют ежесекундные вспышки фотокамер, но Адам тут же придерживает меня за талию и, полностью игнорируя крики всех журналистов, продолжает следовать по парадной лестнице вверх в особняк.

– Добрый вечер, Адам, – вежливо произносит мужчина-хостес, отвлекаясь от кропотливого осмотра очередного приглашения парочки гостей, и переводит свой цепкий взгляд на меня. – Мисс Джеймс, добро пожаловать в особняк семьи Харт, и приятного вам вечера, – он учтиво кивает в знак приветствия, пока я, оторопев, пытаюсь осмыслить услышанное.

– Где именно всё проходит? – без особого энтузиазма интересуется Адам.

– В кварцевом зале, – уточняет хостес, и мы сразу же направляемся вглубь холла, по обе стороны которого величественно поднимаются на второй этаж изогнутые полукругом лестницы с золотыми периллами.

– Так это твой дом? – безмерно удивляюсь я.

– Нет. Моего отца, – не поведя бровью, отвечает Адам.

– Отца?! Он что, здесь тоже будет?

– Логично. Это он устроил благотворительный приём.

– И почему ты сразу мне об этом не сказал?

– А должен был?

– Эм… нет… просто… – неловко мнусь с ответом, пытаясь не выдавать прорывающееся сквозь моё безмятежное состояние волнение перед высокой вероятностью того, что сегодня могу встретить его родителей. – А мама? Она тоже будет?

– Нет. Её не будет.

– А где она?

– Мертва, – бесцветный ответ, заставляющий меня в очередной раз пожалеть, что я никогда не могу вовремя прикусить свой несдержанный орган.

Николина, вот на кой чёрт ты всё это спрашиваешь? Тебе не нужно ничего о нём знать.

Хотя теперь, точно зная, что ждёт меня после приёма, ни о каких деньгах речи идти не может. Понимаю, в моём плачевном финансовом положении нужно больше думать головой, а не другим местом, но с Адамом моё благоразумие отключается полностью, тем более выбора он мне всё равно никакого не оставляет.

– Прости… Я не хотела… – виновато мямлю я, когда мы останавливаемся в нескольких метрах от входа в зал, откуда уже доносятся звуки музыки, негромкие, размеренные голоса и звон бокалов.

– Есть ещё какие-то вопросы? Или ты уже наконец дашь своему языку немного отдыха? – по тому, как уголки губ Адама слегка приподнимаются в улыбке, я понимаю, что его нисколько не задела моя любознательность.