Беременна от врага (СИ)

Наклонился ближе к лицу и спросил:

— Потанцуешь со мной?

— Я? — бросила быстрый взгляд туда, где мне примерещился злейший враг, и где сейчас никого не было. — Э…

— Узнаёшь эту песню?

Одной рукой Аристов чуть погладил талию и сместился ближе к пояснице, а второй коснулся запястья. Пристально глядя на меня, он поднёс мою руку к лицу и коснулся губами ладони. Жар его губ и тепло рук здорово контрастировали с моими ледяными пальцами.

Дыхание учащалось, мне мигом сделалось теплее. Он сильнее надавил мне на поясницу, привлекая к себе, так что я неуклюже ткнулась животом в его живот.

— Ты помнишь?

Его близость снова лишала воли. Запах мандарин на снегу погружал в какой-то необъяснимый дурман. Прикрыла глаза, отдаваясь ему в медленном танце. Помню ли я? Конечно, я помню. Тот вечер вообще невозможно забыть.

10 лет назад.

Вика.

Растолкав локтями толпу одноклассников, пробралась на кухню.

— Придурки! Просила же этого не делать здесь! Мать унюхает и прибьёт меня!

— Да ладно тебе, детка, — Глеб улыбнулся до ушей, демонстрируя ямочки на щеках и поигрывая бровями.

Красив, засранец! Моргнула и нахмурилась:

— Нет! Сказала же! Вали на балкон, если так приспичило!"

"— Приспичило мне кое-что другое, — парень попытался зажать меня в углу, нагло забираясь рукой под короткую юбку.

Баландина и Козлова переглянулись. Любая из них мечтала бы сейчас стоять на моём месте, но им остаётся только завидовать и хихикать, ведь самый клёвый парень в классе — мой! Вот только смотреть на него со стороны намного приятнее, чем целовать. Фу блин, будто пепельницу облизала.

Плеснула себе зелёную газировку и отпила через соломинку. Баландина хитро подмигнула:

— Видели, как ты мило трепалась с Кратером.

— Что, нашла себе нового парня? — пискляво добавила Козлова, они переглянулись и противно заржали.

— Просто поздоровалась, вот и всё, так что заткнитесь обе!

Глеб подошёл к нам, небрежно закинул руку мне на плечо и спросил:

— Кто сказал Кратер? Только не говори, что он здесь, ведь нет?

— Даа, — с гадкой улыбкой протянула Баландина, глядя, как шакалиха, на меня, на Глеба, на меня, на Глеба. — Он здесь.

— Зачем ты позвала его? — прорычал Орлов мне на ухо.

А я едва сдержалась, чтобы не поморщиться, потому что у него изо рта несло натуральным говном.