Беременна от отца подруги (СИ)

А он неизбежен, как бы нам больно не было, придется расставить все точки над “и”.

— Ничего не хочу слышать!

Совсем еще ребенок. Она громко кричит, краснеет, прыгает на месте, пальцами затыкает уши. На секунду теряюсь, совершенно не понимаю столь детскую и чересчур эмоциональную реакцию. Да, Руслан, ты совершенно не знаешь свою дочь.

В комнате становится слишком душно или просто я сильно разнервничался, невыносимо жарко. Дочь не унимается, у нее истерия, бедняжка заливается слезами, и просто визжит, визжит так, что уши закладывает.

Яна громко охает, придерживается за живот, идет к Алине.

— Заткнись! Замолчи! — хватает девушку за плечи, — он меня тоже так называет! — Немая пауза. Степанова, медленно разворачивается ко мне, шипит, буквально вонзает в голову невидимые стрелы. — Руслан, бывший священник. Все мы для него как дети.

No comments.

— Правда? — всхлипывает дочь."

"Яна снисходительно кивает головой, обнимает Алину, гладит по голове, потом посылает ее за совком и шваброй.

— Ну что ты на меня так смотришь? — шепчет, закрывая дверь, — Мы все ей обязательно расскажем, позже.

— Не в этом дело, просто… в какой-то момент, я испытал чувство стыда за свою дочь. Не то чтобы я расстроился, просто как, вот как можно поверить в эту муть?

— Твоей Алине, все божья роса, Юсупов, смирись уже. Пропал, исчез, а подруга воспитывалась безумной Агнет. Что ты хотел увидеть через двадцать лет? Плазму от телевизора?

Черт возьми, она права.

Яна подходит к шкафу, достает чемодан и принимается поковать вещи. Суетливо, комком закидывает очередной свитер невнятной расцветки, и шумным выдохом оповещает о завершение сбора.

— Я так понимаю, ты согласна?

— Не знаю, что ты задумал, Юсупов, но жизнь моего ребенка дороже гордости и капризов.

В ее светлых глазах столько решительности, смелости. Не смотря юный возраст, Яна, не позволяет себе истерик, старается рассуждать здраво, обстоятельства не сломили ее.

Нет, она до сих пор верит людям, верит в их порядочность и совесть. Глупо. Глупо было оставлять справку о беременности в таком видном месте, надеясь на честность и такт коллег.

Деревянная створка за моей спиной вновь открывается, Алина шмыгает носом, начинает собирать осколки, и я опять не выдерживаю, выхватываю у нее совок, чтобы дочь не порезала руки.