Беременна от отца подруги (СИ)

Сразу такой, уютный, простой что ли.

— Ну, наконец-то ты приехал! — кидается ему на шею подруга.

Мужчина окончательно теряется и робко кладет свою ладонь на лопатки подруги. Я стою дальше, напротив, и мне прекрасно видно ту боль, которую сейчас испытывает Руслан. Он столько лет ждал этого, искренних объятий своей дочери. Даже боюсь предположить, что сейчас происходит в его душе. Впервые в жизни я не стесняюсь тех слез, которые градом хлынули из моих глаз, но закусываю губу и немым жестом показываю, что цель визита совершенно иная.

— Рус! Гляди, у Янки совсем нервы сдают! — отстраняется подруга, пальцем указывает в мою сторону.

Юсупов напряженно сдвигает брови, не разуваясь, идет ко мне. Я беру его за руку, веду в спальню, демонстративно закрываю перед носом любопытной подруги дверь. Тяжело дышу, стараюсь успокоиться, по привычке закатываю рукава кофты.

— Ян, прости, — тихо произносит Руслан."

"Он становится за спиной, кладет руку мне на живот, второй обхватывает запястье и подносит к своим губам.

Я разворачиваюсь к мужчине лицом, беру двумя пальцами его подбородок, тяну ближе.

— Ты даже представить себе не можешь, Юсупов, как я сейчас на тебя зла, — шепчу ему в губы.

Руслан криво улыбается, я вздрагиваю, чувствуя, как горячие ладони ложатся на мой зад. Невероятно, только выскочил из постели Блонды и снова в бой.

— Как тебе? Ммм? Ты и сейчас будешь утверждать, что все хорошо?

Его темно-карие глаза на миг округляются, однако физиономия как всегда невозмутима, он тяжело вздыхает, проходит дальше, садится на кровать, сминая атласное покрывало. Теперь Руслан тоже знает и мне от этого чуть легче, становлюсь дальше, подпираю спиной дверь.

— И кто это сделал? — глухо произносит мужчина.

— Крысы, Руслан, завистливые крысы из агентства! Но мне админ сказал, что удалит к утру.

Юсупов встает, трет глаза, кидает устройство на матрас.

— Поздно уже, — не меняя тона, произносит инвестор.

Мысленно прошу о помощи всех Святых, потом проклинаю Юсупова. И угораздило мне с тобой связаться.

— Что теперь делать? Отвечай! — кричу, топаю ногой. — Меня убьют?!

— Поживешь пока со мной.

Вот это спокойствие с его стороны раздражает до чертиков, как ногтями по стеклу. Корежит просто.