Беременна от отца подруги (СИ)

До поздней ночи мы просто сжигаем бензин на городских улицах, с таким же успехом горит мое сердце, я сохраняю ясность ума однако, логика, безусловно твердит, что нужно готовиться к худшему.

В какой-то момент, не выдерживаю, кости буквально начинают ломить от тревоги, сейчас она намного сильнее, чем была секунду назад. Внутренняя чуйка ясно дает понять, о надвигающейся буре.

Решаюсь позвонить Степановой, узнать как она. Достаю из кармана телефон, и в это же мгновенье, на экране появляется надпись Зинон.

Он говорит о возвращении Алины.

Начальник охраны не понимает по-русски, поэтому приказываю передать трубку дочери. Жестом показываю Россу свернуть на обочину и остановиться.

— Я не виновата! Не виновата, отец! — кричит, плачет по ту сторону динамика."

"— Ты дома, все хорошо, сейчас я приеду, — облегченно выдыхаю.

Как только вернусь, сначала выслушаю объяснения, а после, надеру тебе задницу, не посмотрю на возраст, хулиганка.

Меня прошибает электрической волной, в глотку будто заливают раскаленную сталь, когда Алина продолжает разговор:

— Не хорошо, Рус, — она нервничает и вновь называет по имени, — Яну похитил Коэн…

— Как?! Ну, вот как! — это все что я мог ответить, точнее проорать.

Эти девушки сведут меня в могилу, даже без участия Коэна, у них дар, в высшей степени, восьмидесятого уровня — сверни нервы Руслана в тугой клубок, потом растопчи ногами.

Скреплю зубами и внимательно слушаю предысторию. Ставлю телефон на громкую связь, медитирую в глаза Росса, сжимаю кулаки до белых костей.

Глупышке очень понравился мужчина, искренне, но это не так важно. Гребаный Коэн следил за нами, он видел всех, включая Алину и вышеупомянутого Росса. А дальше риск, построенный на теории.

Двое молодых людей в большом коттедже. Один из них смазливый гавнюк, вторая, молодая и наверняка романтичная барышня, тут либо пан, либо пропал.

Он представляется другом Росса и говорит о том, что я, суровый беспринципный отец, никогда не позволю им быть вместе.

Коэн изучает со всех сторон территорию, находит оптимальный вариант с отсутствием камер, на самых затворках, где, наверное, еще со времен Ивана Грозного, не ступала нога человека.