Белый вождь. Отважная охотница.

Бронзовая кожа обнаженных до пояса тел, длинные волосы, украшения из перьев и развевающаяся одежда — все это могло означать только одно: фургон был окружен индейцами. Но кто же лежит на земле? Неужели его владельцы?

Моя страшная догадка тотчас же подтвердилась. Я увидел, что один из трупов, лежащий головой в мою сторону, оскальпирован.

Глава LII

ПОСТРОЙКА УКРЕПЛЕНИЯ

Я смотрел в трубу значительно меньше времени, чем требуется, чтобы рассказать об этом. Едва я понял, что передо мной индейцы, как поспешно спрыгнул со скалы и спрятался за нею.

Я продолжал наблюдение. Остальные убитые тоже были белые и, по-видимому, тоже оскальпированы.

Картина говорила сама за себя.

Остановленный фургон с выпряженными лошадьми, из которых две, убитые, лежали под дышлом, толпа индейцев вокруг, трупы на земле, ящики и тюки, разбросанные по траве, — все это указывало на то, что здесь недавно произошла горячая схватка.

Теперь мне стало ясно, что мы действительно слышали залпы, когда ехали вверх по каньону. Индейцы напали на караван или, что более вероятно, на один далеко отставший фургон. Но кто стрелял — конвой или переселенцы?

По-видимому, среди убитых были также индейцы: в стороне я заметил несколько распростертых тел, около которых кучками стояли победители, и догадался, что это были трупы краснокожих.

Куда же делись остальные фургоны? Ведь их было пятьдесят, а здесь я видел лишь один.

Все эти мысли мгновенно пронеслись в моей голове. Среди них была одна особенно тревожная: кому принадлежал покинутый фургон? Со страхом и волнением, напрягая глаза до боли, разглядывал я в подзорную трубу место битвы. Я внимательно осмотрел всю долину, сам фургон, группы индейцев и разбросанные по равнине трупы. Благодарение богу! Все, как живые, так и мертвые, были мужчины с черными, каштановыми или рыжими волосами.