Белый Ворон: Малыш

Да самых ответственных возьми. И поставь людей во внутреннем дворе. Меняй их каждый час, чтобы не спали. И дай Спайку телефон. Пускай звонит, кому сочтёт нужным.

— Прослушивать?

— Само собой!

— Хорошо, сэр. Как скажете.

Кривой вздохнул и, обхватил руками телефон. Кажется, удача сама шла ему в руки. Засомневался, может не надо Спайку телефон пока что давать? Ведь он сейчас раздаст детей без всяких условий. Как тогда торговаться? А Кривому надо очень многое выторговать. А может и лучше, что он раздаст их без всяких условий?

Город вновь затаился.

Где-то в отдалении, гремела канонада, на землю опускалась ранняя зимняя ночь и скоро на улицах остались лишь стаи голодных собак. На привокзальной площади, кто-то пристрелил бомжа и две собачьи стаи сошлись в смертельной схватке за такой подарок судьбы. Злобное рычание, визг и щелканье челюстей чем-то напоминало грызню людей за блага этой жизни. И те, и другие боролись за лучшую долю. И если собаки не могли придумать ничего лучшего, то люди-то что? Они-то могли понять, что одной грызнёй за лишний доллар, или кусок мяса лучшей доли не добьёшься? Могли. Да почему-то не понимали. Впрочем, уже не все. Кривой сидел в БМП и, закутавшись в комбинезон, думал, как быть дальше. Неподалёку ревели и лязгали гусеницами танки. Слышались отрывистые команды и небольшие группы бойцов выдвигались за танками на исходные позиции. Готовилась очередная, теперь уже танковая атака на резиденцию Крина.

— Ну что? — В БМП вскочил Пэс, — начнём? Не до утра же бросать.

Кривой не пошевелился и вдруг спросил:

— А зачем нам штурмовать эту резиденцию? Крин мёртв, его приемники всё равно не здесь. Вербуют себе «мясо». Может, бросим это дело? Свернёмся и уйдём?

— Не понял, — протянул Пэс и сел на сидение, — братишка, ты чего? Ты это серьёзно?"

"— Вполне. Сам подумай, Пэс, — устало сказал Кривой, — положим мы сотню наёмников Крина, кому от этого легче? Они не против нас бьются, они за себя дерутся. Им выхода нет. В плен сдаваться не станут — сам понимаешь пленных у нас не берут.

А оставим их в покое, отведём войска — сами разбегутся. И опять же деньги. Каждый снаряд — это семьсот долларов. Патроны по пять долларов десяток, горючие, да танки. Один-два танка подобьют — как пить дать. Людей положим. А потом что делать? Это хорошо, если Фонарь и Крекетом не договорятся, а если они найдут общий язык и выйдут на нас единым фронтом? Будет большая война, Пэс. А мы здесь положим наших ребят. Чем воевать будем? «Мясо» наберём.