Белый Ворон: Малыш

Спайк оттолкнул его с дороги и прошёл в ванную.

Наглотавшись дрофа, Эд сидел на краю ванны и ковырялся в ране кухонным ножом и вилкой. Он был мокрый от холодного пота, а на кафельный пол капала его темная кровь. Рядом, на корточках сидел Тэд и зачем-то держал его за ногу.

— Давай помогу, — сказал он, другу, но Эд упрямо тряхнул головой:

— Сам. Ты лучше шкуру натяни.

Спайк подошёл, когда Эд ухватил кусок металла и вытянул его из ноги.

— Осколок, — он сбросил кусочек железа на пол, а я думал, пулю выхватил.

У него ещё хватало сил разговаривать.

Тэд взялся за перевязочный пакет, но Спайк отобрал его.

— Выйди, — сказал он нетерпеливо и Тэд покорно убрался из ванной комнаты.

Спайк присел перед раненым и наложил тугую повязку.

— Благодарю, босс, — сказал Эд и сразу поднялся на здоровую ногу, — штаны бы другие.

Штанов на нём не было: они валялись на полу и были непригодны к использованию. Разве, что тряпок наделать: чтобы добраться до раны, Эд разрезал одну штанину до самого верху.

— Найдём, — сказал Спайк, помогая ему выйти из ванной, — а сейчас ляг, и закутайся в одеяла, чтобы не замёрз. А то давай в больницу отвезу?

— Что я там забыл? — недовольно отозвался Эд, — завтра бегать буду.

Уложив его на кровать, накрыли одеялом. Бошу принёс водку и налил Эду пол стакана. Эд залпом выпил и уронил голову на подушку:

— Пожрать бы чего.

— Это я сейчас, — Тэд повернул к кухне, но комната перед глазами качнулась и его повело в сторону. Бошу подхватил его, чем спас от неминуемого падения.

— Ещё один инвалид, — сказал он.

Тэд постоял немного, зачем-то зажмурился и сказал:

— Ничего. Это бывает, когда по купалу треснут. Пройдёт.

— Ты тоже ложись и лежи, — приказал ему Спайк, — пожрать мы сами чего-нибудь сготовим. Всё равно, ещё и детей кормить надо.

Глава 29

За окном стемнело. Спайк распределил детей по комнатам и уложил спать. Отвёл каждому свою кровать, постелил постель и накрыл одеялом. Но едва он ушёл, чтобы конкретнее поговорить с Бошу, началось передвижение.

— Ты кто? — Шепотом спросила она.

Дверь приоткрылась и в комнату просунулся Дэвид Хортран.

— Это я. Помажь меня, а то чешется.