Белый Ворон: Малыш

Он уже не раз сожалел, что отважился на безумный трюк с поддельным прошением и рекомендацией от Резидента.

— Я готов сотрудничать, — сказал он невнятно, — если вы пообещаете…

Он не договорил, потому что «Кабан» бесцеремонно оборвал его речь:

— Извольте не мямлить! Вы разведчик! Говорите чётко и ясно! Я не намерен прислушиваться к вашему бормотанию.

— Я не разведчик, — возразил Эдвард.

— Разве? — «Кабан» продемонстрировал удивление, — я что-то не заметил. Разве не вы начали копать дело Мартера? Чтобы вам было известно, я тоже начинал «почтальоном».

«Кабан» говорил неправду. Он никогда не был «почтальоном», но сейчас это не имело значения. Разговаривая с Чехардом, он был уверен, что тот всё расскажет. А сейчас, отвлекая разговор в сторону, он наблюдал за ним и прикидывал можно ли будет использовать его в дальнейшей работе.

— Я не знал, — пробормотал Эдвард, но более чётко, чем в прошлый раз, — я не думал, что так всё получится. Мне показалось, что в деле Мартера много странного и я…

— Что «я»?

— Думаю, его подставили.

— И? — «Кабан» сделал нетерпеливый жест, — дальше. Не молчите.

— Вы понимаете, — парень зачем-то поправлял на себе одежду, — они хотели казнить невиновного. А я не дал.

— Я в курсе. Вы написали от его имени прошение о помиловании, а потом подделали ходатайство Резидента, чтобы прошение удовлетворили.

— Он не виновен!"

"Ничего себе заявленьеце. Невиновен и всё. Примите за истину. А результаты расследования выкиньте в туалет.

— Виновен — невиновен, — заворчал «Кабан», — это ещё не факт. Это доказать надо. Вот и доказывай. С чего ты взял, что он не виновен?

— У меня свидетель был.

— И где он?

— Убили.

— Тьфу ты! — «Кабан» хлопнул себя по пухлым коленкам, — ты можешь всё по порядку рассказать? С самого начала, где, что и как?

Эдвард заметно успокоился.

— Вы думаете, я придурок?

— Ничего я не думаю, — ответил «Кабан» миролюбиво, — ты ещё ничего мне не рассказал.

— Я не знаю с чего начать…

— Начинай с самого начала. Как и почему полез в дело Мартера.

— Хорошо, — Эдвард Чехард сжал пальцы в кулаки и сосредоточился, — работал в техническом отделе. Что называется, «почтальон».