Белые искры снега. Анна Джейн

Он тоже, как и почти все здесь, не верил в то, что к нам пришел настоящий дух."

"- Ну ничего себе, - прошептала я, борясь с желанием убрать пальцы с блюдца и наехать на того, кто заставляет тарелку скользить по бумаге. Скорее всего, это Темные силы веселится, мстя за мои милые издевательства над его прекрасной персоной. А что, он парень мстительный. Его Алсу ради прикола на позапрошлое Иван Купала чуть-чуть облила из бутылки, так он на прошлое умудрился подкараулить ее и облить из ведерка с балкона своего дома, радостно ухмыляясь.

- Дух, ты хочешь с нами говорить? – спросил повелительным, но вежливым тоном Олег. Блюдечко торопливо двинулось к букве «д», затем остановилось у «а», и пока Темные силы собирался с мыслями (подозреваю, придумывал, какую бы гадость сказать от имени духа), блюдечко заспешило к букве «у».

- У… т…е…б…я…, - медленно говорила Алсу, взяв на себя роль того, кто озвучивал результаты гадания, ой, то есть, конечно же, спиритического сеанса. – У тебя.

- Что у меня? – не понял Темные силы.

- Вопрос, - вновь сказала его девушка, следя и озвучивая перемещение блюдечка для все.

- Какой вопрос? – не поняла Ранджи. Кажется, происходящее, наконец, заинтересовало ее.

- Это Дан спрашивал, у кого ку-ку, - вспомнила я, и блюдце тут же вновь бросилось, как голодный пес, к буквам.

- Ну, - проговорила Алсу и подняла на нас глаза. – Он говорит ну. Наверное, имеет в виду, что ку-ку у тебя, Даня, - посмотрела она на друга. Тот только губы пождал. А я еще больше уверилась в своих подозрениях, что это развлекается Олежка. Блюдце опять задергалось. Забавно было ощущать то, как оно двигается под моими пальцами, хотя я не прикладывала к этому никаких усилий.

- Дураки дурацкие, - проговорила с большим удивлением девушка вслед за глупой мечущейся тарелкой.

- Что это значит? - спросил он совершенно серьезно у духа.

- Тупой, - обозвало и его блюдце.

- Кто ты? – спросил он, не обратив на это внимания.

- Дух благой, - выдало то с ехидцей. Даня захмыкал. Женька и Алена сдерживались. Ранджи вообще, видимо, ничего не могло выбить из колеи. Самый невозмутимый человек на свете.

- Что за глупые вопросы, - сказал Хирург. – Чел, давай уже конкретику спрашивай.