Ты не сбежишь

Специально там стоит, чтобы особо ярых выпроваживать, и, тихо ступая, иду по лестнице. Прикладываю ключ-карту к замку и прохожу внутрь.

Так. Палку можно отставить.

На полу у порога аккуратно стоят светлые женские ботинки на каблуке, а на вешалке розовое пальто. Из ванной слышен шум воды.

Кажется, я в курсе, кто ко мне пожаловал.

Да ну нафиг.

Когда Вера выходит из душа в лифчике, трусах и моём полотенце на голове, то улыбается и тянется поцелуем к щеке.

– Привет, солнышко, – щебечет, обдавая свежестью вымытого тела и моего геля для душа.

– Ну привет! – стискиваю подругу в объятиях и целую прямо в губы.

– Ты же не против, что я остановилась у тебя? Я всего на пару дней, пока с мыслями соберусь да решу что к чему, – поднимает брови домиком.

– Если только дашь себя трахнуть.

Вера изображает милейшую улыбку, выставляя ряд идеальных белых зубов, и выстреливает фак с длинным розовым ногтем.

– Тогда тебе стоит одеться – я сейчас в завязке.

– Ммм… – Вера в наглую распахивает мой шкаф и вытаскивает первую попавшуюся футболку.

– Именно.

– И как?

– Расскажу, как сиськи прикроешь. Есть хочешь?

– Хочу твоего какао с корицей. Никто больше его так круто не делает. Ты уже угощал им свою новую жертву? – девчонка хихикает и оттягивает чёрную ткань пониже. Этой пигалице с ростом в метр пятьдесят пять моя футболка почти до колен. – До минета или после?

– Она не оценила.

– Минет или какао?

– Ни то, ни другое. Потому что ничего не было.

Вера взбирается на барный стул, поджав под себя ноги, пока я мою руки и достаю из холодильника молоко и сливки.

– Новая схема или экспромт?"

"– Никаких схем с Принцессой. С ней и без них интересно играть.

– Принцессой? Воу. Ты часом не вляпался, дружище?

– Я тебе сейчас нос откушу, Вера, или трахну, если не перестанешь чушь молоть. Или оставлю без какао.

– Нет уж!

Взбиваю сливки, пока тёмная масса начинает закипать на плите. Искоса наблюдаю за Верой и тем, как внимательно она меня разглядывает.

– Ты мне зубы не заговаривай, дорогуша. Рассказывай давай, о Принцессе потом поговорим.

Вера поджимает губы и утыкается взглядом в столешницу, потом снова смотрит на меня и улыбается, но я же вижу, что улыбка пластмассовая.

– Я давно не в клинике, Влад. Какое-то время жила то в Москве, то в Сочи.

– Ты сбежала?

– Ушла. Я там была добровольно, если ты помнишь.

Так, блядь. Мелкая пигалица.

– Вера, ты ела?

– Я не голодна, – смотрит в глаза, думая, что так меня можно наебать.