Ты не сбежишь

Наверняка у такого, как Микс, имеется подобная.

Вечером собираемся за ужином всей семьёй. Мама рассказывает, что сегодня был сложный клиент, всё никак не мог определиться, что ему нужно от мамы как от риелтора. Мама сетует, что только из-за цвета обоев он отверг три варианта, хотя они и по расположению, и по цене были весьма приемлемыми. Болтает о своей новой подруге Алёне, с которой познакомилась около полугода назад в спа-салоне.

– Я давно хотела вас с ней познакомить, Валерия. Алёна – настоящая леди. Такая утончённая и милая, она тебе обязательно понравится.

– Угу.

– Лера сегодня замечательно выступила, – замечает отец, прожевав. – Мне кажется, чуть более экспрессивно, но мне понравилось.

– Говорю же: устаёт, – мама хмурит брови, но потом вспоминает, наверное, сколько стоит коррекция межбровной морщины, и расслабляет лицо. Она и меня пыталась заставить всё это с собой проворачивать, но я пока стойко не поддаюсь.

Отец бросает на неё недовольный взгляд, а потом незаметно закатывает глаза.

– Я подумаю над этим, мамуль.

Убрав в посудомойку за собой тарелку и кружку, я поднимаюсь в свою комнату. Родители решают ещё посмотреть фильм в гостиной на первом этаже. А вот я конкретно устала. Сна и правда маловато. Нужно лечь пораньше. Хотя какой там – уже почти одиннадцать.

Приоткрываю окно, чтобы комната проветрилась, а сама иду в душ. Горячие струи расслабляют мышцы, приятно барабанят по коже. Волосы решаю не мыть, иначе утром потом беда с ними будет. После душа вытираюсь и распускаю их, чтобы протряхли, а то всё же немного напитались влаги. Ванная у меня своя – в комнате, так что можно и в полотенце юркнуть. Пока чищу зубы и наношу крем, включаю свой любимый девайс – блютуз-наушники. Что вообще люди раньше делали без них?

Погружённая в музыку и мысли о завтрашней учёбе, я толкаю бедром дверь в комнату, едва не уронив телефон.

– Блин! – стаскиваю наушники, когда одна песня заканчивается и начинается новая слишком хорошо знакомым мне голосом.

– Согласен, давно говорил ребятам, что её нужно ремиксовать.

Ступор проходит через две секунды. Или три. Я перевожу взгляд на свою кровать, на которой развалился Влад Миксаев.

– Я разулся, – кивает на кроссовки у окна на полу и улыбается.

Раз.

Два.

Три.