Белогор. Миротворец

И я услышал свист спускаемой тетивы. Раз. Другой. Третий. И чей-то рык, переходящий в злобный вой.

Ещё не проснувшись, я скатился по лестнице вниз, на ходу выхватывая меч. Внизу мои бойцы выглядывали из окон-бойниц наружу, и время от времени стреляли в темноту из арбалетов.

– Яг! Что случилось? – просипел я.

– Нападение, милорд! – мой заместитель был собран и спокоен. – В дверь кто-то стал ломиться, а дозорные наверху заметили внизу какие-то тени. Нападавшие на дверь незнакомцы на окрики не отвечали, потому, согласно вашего устава, по ним открыли стрельбу.

– Да ладно? – сделал я удивлённое лицо я, – А кто?

– Да не видно в темноте, – смущённо развёл руками Яг. – А наружу выходить не велено!

Глава 2

За дверью слышалась возня, но больше в окованную и отлично сохранившуюся за полторы тысячи лет дверь никто не ломился. Я почесал голову, и решил:

– Яг, пойду наверх, попробую всё же рассмотреть, кто к нам в гости пожаловал.

– А ничего, милорд, – пробасил Яг, шагая за мной по лестнице.

– А вас, Штирлиц, – я ткнул пальцем в Карильона, пошедшего было за нами, – Я попрошу остаться!

– Это чего вдруг? – возмутился барон.

– Друг мой, – развёл руками я, и чуть не смахнул мечом, зажатым в правой руке голову Ягу. Хорошо, что тот успел испуганно отпрянуть, – Если вдруг нападение, то кто возглавит оборону?

– Ну, если только так, – сдался первый советник Тайной канцелярии.

– Только так! – пафосно воскликнул я, и поспешил наверх.

На крыше десяток дозорных грамотно расположились по периметру. И, несмотря на то, что крики и вопли шли снизу, двое бойцов с арбалетами смотрели настороженно вверх.

– Яг, – восхитился я, – Чей десяток?

– Зорра, вашество.

– За отменную выучку Зорру десять золотых вручи. Дружинникам по пять!

– Рады стараться, – шёпотом рявкнули дружинники, не переставая при этом так же пристально пялиться в темноту.

"Я подошёл к краю стены, и аккуратно выглянул вниз, туда, где находилась входная дверь и слышалась возня. Выглянул, и сразу же отпрянул назад. Хорошо, что дружинники в темноте не видели. А меня-то Агель давно ночному зрению научил, и то, что я увидел, мне категорически не понравилось. На земле возле двери стояли два десятка полупсов-полуобезьян. Лучше я, пожалуй, и не опишу. Задняя часть туловища прямо псиная.