Белая субмарина: Морской волк 4-6

Эти земли были розданы крестьянам, причем с активной агитацией, что если вернутся паны, всё отберут назад – отчего очень часто мужичье поддерживало ПОРП, выдавая русским карателям скрывающихся в лесах партизан АК.

Несчастная Польша, терзаемая с двух сторон – русскими и германцами! Преданная западом, в который она верила – и который счел ее не больше чем разменной монетой в политической игре! И что самое худшее, преданная собственным народом! Отчего сегодня Варшава, Краков не поднимутся против русского владычества – неужели им сытость и покой дороже свободы? Хотя русские взяли у нас больше чем свободу – русские отняли у нас душу.

"Дали зрелищ и хлеба,Взяли Вислу и Татры,Землю, море и небо,Всё, мол, наше, а так ли?!Дня осеннего пряжаС вещим зовом кукушкиВаша? Врете, не ваша!Это осень Костюшки!Небо в пепле и сажеОт фабричного дымаВаше? Врете, не ваше!Это небо Тувима!Сосны – гордые стражиТам, над Балтикой пенной,Ваши? Врете, не ваши!Это сосны Шопена![61]Несчастная Польша! Сможешь ли ты когда-нибудь проснуться и восстать? Подняться с колен и стать Державой? Вспомнив, что когда-то земли «от можа до можа» и в самом деле были твоими?

Я молю Бога: не надо мне места в раю! Но позволь, Господь, дожить до того дня, когда русские войска уберутся с польской земли.

Польша из тлена восстанет! Белый Орел взлетит! Ждите, панове…

Исмет-паша, президент Турции

«СССР считает, что посылка Рейху миллиона турецких рабочих равнозначна предоставлению миллиона солдат на советско-германский фронт – поскольку позволяет Гитлеру высвобождать людей из промышленности для несения военной службы».

Новое послание Сталина по сути ультиматум, при том что русские заняли Карс и Эрзерум (и, без сомнения, назад уже не отдадут) и высадились в Проливах, вместе с их болгарскими цепными псами! Формально в Москве идут переговоры, на которых наша делегация выслушивает всё более унизительные требования – похоже, Проливы мы тоже потеряем навсегда – о Аллах, что станет с населением Стамбула? Вернее, Царьграда, как именуют его русские – даже не Константинополя.