Белая субмарина: Морской волк 4-6

Сейчас уже старички, двадцать шесть лет для боевого корабля – это возраст, но корпуса еще крепкие, машины пока тянут, пушки-«сотки» Обуховского завода и для этой войны пока на уровне, ну а зенитки, радары и акустику на них поставили недавно, по меркам сорок третьего – совсем новье. А главное, взаимодействуем мы конкретно с этой парой давно и успешно, еще как Петсамо брали в прошлом году – и это очень важно, когда командиры кораблей эскадры между собой сработались, понимают друг друга с полуслова.

Сейчас всплывем, обменяемся опознавательными.

И что Аня сейчас делает?

Анна Лазарева, Северодвинск

– Ну сучка, ну про. дь!

Да, капитан ГБ Воронов очень не в духе.

– А еще порядочную из себя изображала, подстилка английская! Ну, у нас еще не было, чтобы не призналась и не подписала.

– Выражения выбирайте, Николай Константинович, – обрываю его. – Вы что, не знаете, что Стервой здесь часто называют меня? И моих помощниц тоже.

– Простите, товарищ Лазарева, – смутился Воронов. – Сорвался, злость берет. Красивая же, могла кого из наших парней осчастливить – так нет, англичанина ей захотелось! У него что, х… хм, простите еще раз!

– Квадратный? – усмехаюсь я. – Вы, Николай Константинович, так орали, что я отсюда слышала. Слова я всякие знаю от партизан и морячков, так что смутить меня сложно – вот только кому вы здесь и сейчас это говорите, что-то я в этой комнате врагов народа не вижу? Давайте договоримся, что вы впредь ко мне, как к женщине и товарищу, будете уважение проявлять – ну а с подследственными на ваше усмотрение.

Воронов кивает. Видно, что ему неприятно и непривычно, будучи старше и годами и званием, оказаться у меня в подчинении – но с приказом не поспоришь. Я беру со стола протокол допроса, читаю. Итак, Пашкова Таисия Мироновна, 1920 года рождения, русская, беспартийная, из крестьян… Обвиняется в том, что, вступив в связь с гражданами Великобритании… Список в три фамилии – не поняла, она что, со всеми одновременно?

– Нет, товарищ Лазарева, – Воронов упорно обращался ко мне так, а не официально, по званию, – меняла как перчатки, одного за другим.

Эндрю Беннет, суперкарго с парохода «Кассиопея».