Белая субмарина: Морской волк 4-6

– Ближе не подойти, – говорит дохляк. – Непременно документы проверят и спросят, что надо. Ну а отсюда взглянуть на «моржиху» многие заводские приходили, охрана привыкла, не гоняет. Раньше тут толпа могла стоять, теперь насмотрелись уже.

А он по разговору и поведению не похож на простого матроса. Отвечает:

– Так я, товарищ, раньше студентом ленинградской Корабелки был, в сорок первом призвали, теперь вот приказ вышел, нас с фронта – и сюда. Так ведь и часть нашего института сюда же эвакуировали – я тут в роте обеспечения, а по вечерам на учебу хожу, как в прежнее время.

Наверное, этот парень был рад, что вместо сидения в окопах под немецкими пулями занимается чистой наукой, а через пару лет получит инженерный диплом. Если до того не отравится, конечно – а интересно, сюда и более опасную химию привозят?

– Раз сразу десяток цистерн на сливе, значит, окислитель. Пентаборан по одной загоняют, и вокруг на цыпочках ходят, боясь чихнуть.

Запоминаю слово «пентаборан». Пусть после наши умники разбираются. Там вдали закончили, состав цистерн медленно ползет в нашу сторону, толкаемый маленьким паровозом.

– На отстой в тупик потащили, сейчас следующий десяток на слив поставят, – говорит студент. – Успеем. Тут недалеко.

Поезд движется не быстрее черепахи. Не дальше чем в полумиле, на путях пост охраны, пока караульные о чем-то говорят с машинистом, мы обходим вокруг, снова петляем мимо каких-то складов, выходим к высокому деревянному забору с колючкой поверх.

Мой спутник подходит к одной из них и достает из мешка два противогаза и какой-то цилиндр с горловиной как на газовых баллонах, от которого снизу отходит трубка с краном.

"Он тоже нацепляет противогаз, проверяет, как закрыт кран на маленькой трубке, лезет на цистерну и крутит там колесо. Спускается, просит меня дать ёмкость. Берёт мою фляжку, откручивает крышку, смотрит в отверстие.