Белая субмарина: Морской волк 4-6

 – Ну а после будем посмотреть, ведь наши устные обязательства не будут иметь юридической силы? Но вот если они, поддавшись на уговоры Берлина, объявят войну русским, это, скорее всего, завершится тем, что русские сами, без нашего дозволения, возьмут Проливы, и я очень сомневаюсь, что отдадут назад. А вот будет ли Сталин вступаться за Ирак – это вряд ли.

– Если гунны соединятся с джапами, это будет плохо и для нас, – заметил «ковбой». – Может, стоит помочь «кузенам»?

– Как? – поинтересовался военный. – Сделать на Тихом океане больше того, что уже делается, пока нереально.

– Принято, – подвел итог «аристократ», при молчаливом согласии всех. – Ну, и последний вопрос – это итальянцы.

– А что, они уже просят сепаратного мира?

– Нет, пока лишь осведомляются через посредников о позиции нашей и «кузенов» в случае применения Италией химического оружия сугубо против «дикарей». Для нас важны несколько тысяч или даже миллионов потравленных эфиопов?

– Ниггеры есть ниггеры, – пожал плечами военный. – И опять же, нас это к чему-то обязывает? Всегда могут найтись какие-то пострадавшие белые, солдаты или даже лучше – миссионеры. Идеалисты, кто лечит и учит бедных туземцев, погибшие ужасной смертью от бесчеловечного оружия.

– Не нравится мне это, – покачал головой «аристократ». – А если ситуация выйдет из-под контроля? И не может ли это быть хитрой игрой Гитлера – подставить вместо себя друга дуче, а самому остаться в стороне? Если «итальянские» химические бомбы завтра полетят на головы британцев и русских.

– Ну не настолько же дуче глуп, – отрезал военный. – Чтобы не понимать, что после этого все забудут, что на карте была когда-то такая страна Италия.

– Нет возражений, – подвел итог «ковбой».

Вивьен Ли, Русское Чудо. Глава из книги «Моя жизнь в кино».

Лондон, 1970 (альт-история)

После возвращения из Гибралтара я не могла спокойно спать. Мне постоянно снились взрывы бомб, пламя, крики горящих заживо людей.