Белая смерть

Деннисон подсчитал, что бензин уже успел распространиться до самого носа. За бортом плескалось около пятнадцати галлонов, вполне достаточно, чтобы охватить кеч смертоносным кольцом. Довольно. Теперь бросить туда зажженную спичку.

Он вытер руки и достал из кармана спичечный коробок. Внезапно в нем проснулась жалость к несчастному, глупому старику-капитану, выброшенному за борт, обезоруженному и обманутому. Жаль, что он не утонул мирно и спокойно.

Прости, кэп.

Деннисон вынул спичку и чиркнул о коробок. У спички отломалась головка.

Спокойно.

Вторая и третья спички зажечься не пожелали. Деннисон достал сухую спичку из последнего ряда, чиркнул и увидел, как на кончике заплясал слабый огонек. Он бросил спичку за борт. Но она погасла, не успев долететь до залитой бензином воды.

Черт!

Деннисон вынул сразу четыре спички, поджег, с минуту смотрел, как они разгораются, и швырнул их в воду.

И вода за бортом вспыхнула!

Язык пламени опалил брови Деннисона, волосы затлели. Он отскочил от борта. Вокруг яхты взметнулся столб огня, заключив судно в пылающее кольцо.

"Было невыносимо слушать, как кричал капитан. Его вопли резали уши. Высокие, почти женские визги раздавались через короткие промежутки. Деннисон увидел его — циллиндрический комок огня, живой факел, ринувшийся прочь от судна. Он нырнул, не показывался десять, двадцать, тридцать секунд, затем снова всплыл на поверхность, все еще пылая. Объятый пламенем человек бился в воде, безостановочно крича, и Деннисон окаменел.

«Пальцем бы не тронул! Как сына родного!»

Старый брехун! Деннисон заставил себя смотреть, как огонь постепенно гас, черное тело остывало, разваливалось на куски и погружалось в морскую бездну.

Капитан был мертв.

Но страдать и сожалеть некогда. Один из фалов загорелся, грот вспыхнул, осыпая палубу снопами искр. Деннисон бросился к рубке и схватил огнетушитель. Горела обшивка правого борта, за который он скачивал бензин.

Деннисон окатил борт белой струей углекислоты. Парус занялся слишком высоко, не достать. Он затоптал горящие обрывки фалов и клочья парусины, которые упали на палубу, и забил руками начавшую тлеть рубашку. Огонь уже переметнулся на покрытый лаком транец.

Он сбил его, но тут снова занялся правый борт. Деннисон окатил его углекислотой из баллона, опустошив огнетушитель до дна. Потом сломя голову бросился в рубку, сорвал со стены баллон порошкового огнетушителя.