Белая смерть

Они сидели в номере Дэйна. Эстелла прикрыла глаза и сложила руки на коленях. Казалось, духота комнаты лишила ее последних сил. Торнтон курил сигарету. Клубы синего дыма недвижно висели в воздухе вокруг него.

Эстелла открыла глаза.

— Мы знаем, что «Гелиос» обычно заходит на стоянку на остров Санта-Катарина. Возможно, это и есть место встречи.

— Возможно, — отозвался Дэйн, — но я в этом сомневаюсь. Если исходить из намерений Трухильо, то Санта-Катарина находится слишком близко от Доминиканской Республики.

— Когда мы отбываем? — спросил Торнтон.

— Я уезжаю сегодня в полдень, — ответил Дэйн. — Вы и мисс Варгас останетесь здесь и продолжите собирать информацию. Я свяжусь с вами, как только узнаю что-либо.

Эстелла мигом очнулась от летаргии.

— Я тоже поеду на Санта-Катарину.

— Я полагаю, что это будет неразумно и небезопасно.

— Секретная служба — вообще не самое разумное и безопасное занятие для женщины. Но тем не менее это моя работа. Теперь, когда оружия больше нет в Майами, я буду здесь бесполезна, и вы отлично это знаете.

— Но вы точно так же будете бесполезны и на Санта-Катарине.

— Я так не думаю. Я знаю, мистер Дэйн, вы говорите по-испански. Но насколько хорошо?

— Этот язык для меня довольно труден, — признал Дэйн.

— Вы ничего не узнаете, если окажетесь на Санта-Катарине в одиночку, — сказала Эстелла.

— И я, — добавил Торнтон.

— Это глупо, — возразил ему Дэйн. — Разве вы говорите по-испански, Торнтон?

— На уровне средней школы. Но это дело я не брошу. Моя компания заинтересована в нем.

— Об этом не беспокойтесь. Я обещаю вам, что любое заключение будет сделано абсолютно честно по отношению к «Майами-Юг».

— Спасибо. Ноя все-таки предпочитаю сам выполнять ту работу, которую мне поручили. А в случае чего…

— В случае чего нам понадобится отряд морской пехоты. Торнтон, я не смогу поручиться за то, что в этом путешествии вы уцелеете.

— Знаю, — отозвался Торнтон. Он почувствовал облегчение от того, что отныне сам должен отвечать за себя. Но в глубине души он знал, что на это решение его подвигла настойчивость Эстеллы.