Белая смерть

— Дэйн оставался на Тенерифе, чтобы вжиться в образ Джорджа Баркера, — продолжил Прокопулос. — Лишь несчастливый для американца случай позволил мне установить несомненную связь между правительственным агентом из Эль-Джезиры и туристом с Тенерифе. Но вживание в новый образ — это лишь наименее важная часть плана Дэйна.

Прокопулос хитро улыбнулся и наклонился поближе к величественно восседавшему Хариту.

— Почему Дэйн два месяца бездельничал на Тенерифе? — спросим мы у себя. Почему он втайне встретился с каким-то человеком и отослал его в Кейптаун? И почему сам Дэйн два дня спустя улетел в Дакар? Стоит немного поразмыслить, и некоторые причины становятся ясны.

Прокопулос на мгновение прервался и отпил глоток кофе.

— Если Дэйн хоть сколько-нибудь интересовался твоими делами, он знает, что сейчас, когда близится месяц Дха'л-Хиджа, ты должен покинуть Форт-Лами и вместе с твоими паломниками отправиться в Аравию. Следовательно, сейчас наиболее подходящее — да что там, единственно подходящее время для того, чтобы Дэйн начал действовать. Конечно, ты можешь остаться в безопасном Форт-Лами и ничего не делать. Но как быть с твоей прибылью, заработанной тяжким трудом? Как быть с твоей гордостью? Как быть с твоими долгами аравийским торговцам? Что останется от твоей репутации и какое будущее ждет человека, который не способен доставить обещанный товар? Можешь ли ты позволить себе не браться за это паломничество?

Харит промолчал.

— Вот так я и догадался о намерениях Дэйна, — произнес Прокопулос. — Именно этого момента он ждал. Он ждал, когда ты окажешься всецело связанным с этим хаджем, пока твои паломники соберутся и будут готовы отправиться в путь, а твоя репутация в Аравии будет поставлена на кон.