Белая сирень

Через пару минут принесла хрусталь, внимательно оглядела каждую рюмку, расставила на одинаковом расстоянии друг от друга.

– Ну, не ""Метрополь"", конечно… А, всё равно не поймут. Зато выгнать за любую ерунду могут, – Ирочка нервничала.

– Да кто выгонит-то? Тётя Валя хорошо к тебе относится.

– Тётя Ва-а-ля, – передразнила Ирочка, – причём тут она? Я тебе толкую – хозяин сегодня придёт, Роман Морозов. Или ты не в курсе?

Оля отрицательно покрутила головой.

– Ну, ладно, – Ирочка поправила волосы под широким ободком, – иди спрячься за дверью, чтобы тебя никто не видел.

Оля привычно спряталась за штору, следя за происходящим."

"В зал вошли четверо мужчин. Ни одного из них девушка раньше не видела. Впрочем, она всегда уходила до девяти вечера, в то время как ресторан закрывался далеко за полночь.

Всем около тридцати. Двое в костюмах, один в форменной полицейской рубашке и четвёртый в простой белой футболке и джинсах.

Оля заметила, как выдохнула Ирочка, глядя на четвёртый прибор.

Мужчины расселись за столом. Тот, что в белой футболке, негромко разговаривал по телефону, остальные понимающе молчали.

Ирочка пронеслась мимо Ольги в сторону кухни и через минуту уже шла обратно, неся перед собой заставленный тарелками поднос с закусками. Шикнув на высунувшую нос Ольгу, официантка тут же приклеила на лицо улыбку.

– Где Валентина? – мужчина в белой футболке ждал, когда Ирочка расставит блюда на столе.

– Просила извиниться. В налоговой задерживается.

– Марина не работает? – на его лице читалось раздражение.

– Будет вечером, Роман Борисович. После шести. Что-нибудь донести? Хлеба хватит?

– Иди уже, не мешайся! Горячее позже подашь, – Морозов потянулся, расправив руки, и бугры мышц заходили под тонкой хлопковой тканью.

Ирочка, стуча каблучками, направилась в сторону кухни. Вцепившись в край шторы, Оля разглядывала гостей сквозь образовавшийся зазор.

– Готов слушать, – Морозов коротко взглянул на каждого из друзей.

– Мороз, ты моё мнение знаешь. Курочка по зёрнышку… – Один из «костюмов», импозантный, с хорошей стрижкой, блондин, нацепил на вилку кусок буженины и отправил его в рот. – Не надо сразу душить в людях прекрасные порывы. Насколько я понимаю, он пока ничего не предпринял. Так, повозмущался да руками помахал.