Белая сирень

Трясущимися руками Оля обхватила мужчину за плечи и стала тянуть его на себя до тех пор, пока он не уткнулся в её грудь, судорожно вздрогнув и обмякнув.

Оля с трудом вылезла из-под мужчины и тут же согнулась от боли в животе.

Марина смотрела на распростёртое тело.

– Рома… Ты слышишь меня?!

– Он… он… – спазмы в груди и горле не давали Оле вздохнуть.

– Он сделал это с тобой… – лицо Марины перекосило в болезненной гримасе.

Оля всхлипнула, закрыла рот ладонью и тихо заскулила, съёжившись от боли, которая вдруг ледяным холодом сковала её сердце.

– Ничего, потерпи… – Марина оттёрла кровь с губ и подбородка. –  У нас мало времени, – тяжёлый вздох. – Пока они спят, надо избавиться от него. Закопать… – сверкнула тёмными безумными глазами. – Нужны лопаты!

– Д-да… они там… в туалете… – выдавила Оля, провожая взглядом метнувшуюся к дому Марину. Ей было плохо. Так плохо, что она с трудом понимала, что всё это происходит с ней. Сознание норовило вот-вот ускользнуть от неё, избавляя от переживаний, но взгляд, уткнувшийся в тело около ног, возвращал в страшную действительность.

…Лесная сирень пахнет по-особому: густой влажный аромат её окутывает с ног до головы. В сумерках не разглядеть соцветий, но я знаю, что они не такие крупные, как в садах и парках. О, этот сумасшедший запах! Его не испортит ни примесь испарений, исходящих от вывернутой лопатой земли, ни горько-солёный вкус крови на губах, ни боль от ссадин на моём теле. Я стою, высоко задрав голову, и дышу, закрыв глаза. Мне так хорошо, что я не чувствую почву под ногами.

"– Чего стоишь?! Помогай, давай!

Скрежет лопаты о корни куста заставляет меня очнуться. Но я не хочу, не хочу…

– Господи, какая тяжесть! Ну же, не спи!

…Они закопали тело под раскидистым кустом сирени. Марина тщательно утрамбовала ногами верхний слой дёрна.

– Никому и никогда, поняла?! – Шагина подняла с земли свою сумку и прижала к груди. – Тебя здесь не было! Постарайся забыть…

***

– Марина рассказала мне, что они сделали с ней.

Эпилог

– Если захотите чаю, обращайтесь, – проводница протянула билет обратно Оле в руки.

Поначалу поезд движется медленно, словно раздумывая, продолжать ли поездку. Но скоро это изменится, и он весело побежит по железнодорожному полотну, оставляя за собой и уютный зелёный Чудов, и живописные холмы, и голубые журчащие реки, и сказочные непроходимые леса.