Белая королева

Но если наш Эдуард все-таки жив, верю, что Господь его не оставит и поможет ему отыскать тропинку ко мне! А в окне моего дома всегда будет стоять зажженная свеча, освещающая ему дорогу, и дверь свою я никогда запирать не буду в надежде на то, что однажды рука Эдуарда коснется дверного кольца.

Глаза дочери были полны слез.

— Значит, ты больше его не ждешь?

— Не жду, — призналась я.

АПРЕЛЬ 1484 ГОДА"

"Поместье Хейтсбери, наш новый дом, было одним из чудеснейших уголков Уилтшира; поместье располагалось на просторной равнине близ Солсбери.

Наш «сторож» Джон Несфилд оказался человеком на редкость приятным. Прекрасно понимая преимущества своей близости к королю, он все же не желал ни играть роль моей горничной, ни тем более шпионить за мной. Как только Несфилд убедился, что я в полной безопасности и, безусловно, никуда не собираюсь бежать, он тут же оставил меня и снова уехал на север, в Шериф-Хаттон, где король Ричард разместился со всем своим пышным двором и строил дворец, сравнимый разве что с Гринвичским. Ему всегда хотелось жить среди северян, которые его уважали, а его жену, последнюю в роду Невиллов, и вовсе любили.

Несфилд приказал всем в доме считать меня полноправной хозяйкой, а мне позволил делать в его поместье все, что угодно. Очень скоро я вновь окружила себя знакомой мебелью и прочими предметами обстановки, которые велела доставить из королевских дворцов. Я устроила девочкам отличную детскую и класс для занятий. В садах Хейтсбери выращивали мои любимые фрукты.

Я купила и поставила на конюшню несколько хороших лошадей.

Мы столько долгих месяцев провели в тесном и темном убежище, что каждое утро я просыпалась с ощущением полного счастья, поскольку теперь могла просто открыть дверь, выйти в сад и послушать пение птиц. Весна стояла чудесная, теплая, и я часто приказывала приготовить мне лошадь и отправлялась кататься верхом. Мне эти прогулки доставляли такое удовольствие, что после них я чувствовала себя родившейся заново. Я, словно девчонка, развлекалась тем, что подкладывала несушкам утиные яйца и наблюдала, как утята, с кряканьем побродив по двору, направляются вперевалку к пруду, где плавают взрослые утки, а бедная квочка с тревожным кудахтаньем мечется по берегу, опасаясь, что ее детишки утонут.

Я ходила на выгон, любовалась жеребятами и подолгу выясняла у главного конюха, из какого жеребенка со временем может вырасти хорошая скаковая лошадка, а кого следует сразу приучать к повозке.