Белая королева

С другой стороны, я понимала, что должна радоваться: ведь Ричард в безопасности, ему, единственному из моих детей, ничто сейчас не угрожает — ни факт того, что он принадлежит к нашей семье, ни опасность новой войны, которая вот-вот снова разразится в Англии; я должна радоваться тому, что мой мальчик, который теперь откликается на имя Питер, может спокойно ходить в школу, учить иностранные языки, заниматься музыкой и ждать. Если мы победим, он вернется домой как принц крови; если мы проиграем, он станет в наших руках тем тайным оружием, о котором врагам ничего неизвестно: скрывающимся на чужбине наследником престола, ожидающим своего часа, Немезидой моего честолюбия и мщения.

— Пресвятая Богородица, спаси и сохрани моего сына, — шептала я, закрыв лицо руками, и слезы так и текли у меня между пальцами. — Сохрани нашего мальчика, о, всемогущая Мелюзина.

СЕНТЯБРЬ 1483 ГОДА

Каждый день я получала известия о том, как идет подготовка и вооружение нашей армии — и не только в тех графствах, где этим занимались мои братья, но и по всей стране. Постепенно узнавая, что Ричард незаконно захватил английский трон, все большее число простых людей — мелкие сквайры, торговцы, ремесленники и даже главы гильдий, — а также представителей знати задавалось вопросом: как могло случиться, что младший брат покойного короля осмелился отнять корону у королевского сына? Разве можно допустить, чтобы человек, совершивший подобное преступление, остался безнаказанным и спокойно отправился на встречу с Создателем? Зачем человеку трудиться в поте лица всю жизнь, дабы возвысить и обеспечить свой род, если самый младший из его братьев, жалкий последыш, с которым в семье почти не считались, готов тут же занять его место, стоит этому человеку хоть немного ослабеть?

В стране осталось много людей — особенно в тех местах, которые мы с Эдуардом чаще всего посещали, — которые хорошо помнили нас, называли нас красивой парой и благословляли наших хорошеньких дочек и крепких, умных маленьких сыновей.