Бей! Корсар из будущего

 – Ксандр попрощался и ушел.

…Едва пропели первые петухи, меня разбудила Ефросинья.

– Вставай, касатик, пора.

Эх, как вставать не хотелось, но надо.

Я умылся холодной водичкой, взбодрился.

Взял сумы в руки, поставил обратно, подошел к вешалке, снял халат татарский – подарок визиря, обмотался поясом и надел тюбетейку. Чего им тут висеть, пылиться?

По пустынным улицам я прошел к городским воротам, что выходили к пристани. Тут уже толпились крестьяне с телегами, распродавшие вчера свой товар и купившие своим домочадцам подарки и всегда необходимые для хозяйства предметы – гвозди, скобы и прочее.

– Куды прешь, нехристь!

Меня явно приняли за татарина.

– У, идол проклятущий, шастает тут спозаранку.

Однако стражники городские меня узнали. Удивились моему одеянию, но, улыбнувшись, выпустили первым."

"У причала покачивался на легкой зыби кораблик. Когда я подошел к сходням, вахтенный махнул рукой:

– Проваливай!

– Ксандра позови!

Вахтенный окинул меня неприязненным взглядом, с ленцой поднялся, сходил на корму.

Вышедший Ксандр тоже признал меня не сразу.

– Попутчиков не берем!

– Ксандр, да это же я, Юрий!

– Фу ты, не признал сразу! Богатым будешь! Все в масть, как сходим с торговлей, так и разбогатеешь. Заходи, отплывать будем.

Я взошел по сходням на судно. Это был крупный морской ушкуй. По рекам на нем тоже можно плавать, но лишь по крупным, глубоководным. Тесновато ему на реках, и разворачивался по течению он неуклюже, мешкотно. Зато потом парус подняли и – вниз.

Ксандр подвел меня к корме. Здесь располагалась единственная каюта.

– Заходи, знакомься, сотоварищ мой торговый и судна владелец – Кондрат, сын Зосимы, Кротов.

– Юрий Кожин, – представился я здоровяку, вставшему навстречу мне с рундука. Рукопожатие было под стать его могучей фигуре, чуть пальцы не захрустели. Ему бы кулачным бойцом быть, а не купцом.

– Располагайся, каюта одна – придется всем вместе жить. В тесноте, да не в обиде.

Кондрат оглядел меня и улыбнулся.

– Ты чего так вырядился?

– Подарок визиря татарского. Подумал – что пылиться будет зря?

Чтобы не смешить сотоварищей, я снял халат, пояс и тюбетейку, оставшись в рубахе и в штанах.

– Вот! – одобрил Ксандр. – Теперь узнаю прежнего друга моего, а то – как басурманин, так и хочется вдарить.

Я оставил сумы у рундука, и мы вышли на палубу. С палубы открывался прекрасный вид на Клязьму и ее берега.