Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Наклонившись к Томасу, Бренда прошептала:

– Ты чуть не пережил самый страшный момент в своей жизни.

Томас в ответ молча кивнул.

Глава тридцать восьмая

От двери зала для боулинга остались только покрытые толстым слоем ржавчины петли. Над входом висела крупная деревянная табличка, настолько старая, что написанные краской слова совсем выцвели.

– Он там, – указал усатый. – Где наша плата?

Минхо подошел к дверному проему и, вытянув шею, заглянул внутрь. Потом обернулся к Томасу и встревоженно произнес:

– Вижу его в самом конце.

Томас так торопился отыскать друга, что и не подумал о предстоящем разговоре. И зачем Ньют велел им убираться?

– Гоните бабки, – потребовал охранник.

Хорхе невозмутимо ответил:

– Получите вдвое больше, если поможете нам вернуться к бергу.

Надзиратели посовещались, и низкорослый ответил:

– Награду придется утроить. Половину давай вперед – хотим убедиться, что не бздишь.

– По рукам, muchacho.

Вынув карту из кармана, Хорхе приложил ее к карте охранника – деньги ушли со счета на счет.

– Ждем вас тут, – предупредил охранник.

– Пошли, – позвал Минхо и первым шагнул в темноту.

Бренда нахмурилась.

– Что-то не так? – спросил Томас. Как будто в приюте что-то вообще «так»!

– Не знаю, – ответила Бренда. – Предчувствие дурное.

– Да, у меня тоже.

Она слегка улыбнулась и взяла Томаса за руку; вместе они вошли в игровой зал.

"Томас – даже со стертой памятью – помнил о многих вещах из привычной жизни. Например, о том, что такое «боулинг» и как в него играют. Не помнил он только себя играющим в кегли. Местный зал для боулинга обманул ожидания: дорожки разломаны, обшивка с них содрана; всюду спальные мешки и одеяла; люди дремлют или пялятся в потолок. Бренда говорила, что только богатые могут позволить себе анальгетики. Насколько же здешние наркоманы утратили бдительность, раз открыто закидываются в таком месте?! Впрочем, беспечные долго не живут.

Там, где прежде стояли кегли, теперь полыхали костры. Опасно разводить огонь в закрытом помещении… хотя у каждого из очагов сидел кто-нибудь, подбрасывая в пламя дрова. Пахло горелым деревом, в воздухе висел дым.

Минхо указал на крайнюю левую дорожку. Людей там скопилось не много – все в основном жались к середине.