Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

– Кажется, он забыл упомянуть об одной маленькой детали: сначала я двинула ему по яйцам, а уже потом выскочила через окно.

Томас чуть не рассмеялся. Ньют повернулся к стоящему рядом медаку, лицо которого от смущения стало багровокрасным.

– Мои поздравления, Джеф, – бросил ему Ньют. – Теперь ты официально считаешься здесь первым, кому сумела надрать задницу какая-то баба.

– Продолжишь говорить в таком тоне – и станешь следующим, – холодно сказала Тереза.

Ньют опять повернулся к ней, но его лицо выражало все что угодно, только не страх.

Алби шагнул вперед.

– Все. Меня это достало. – Он ткнул пальцем в грудь Томасу. – Я хочу знать, кто ты такой, кто эта девица и откуда вы друг друга знаете!

Томас сразу же пал духом.

– Алби, я клянусь…

– Стоило ей очнуться, как она побежала прямо к тебе, придурок кланкоголовый!

– И что? Я знаю ее, она знает меня. Ну… по крайней мере, мы раньше знали друг друга.

– Что ты сделала?! – рявкнул Алби, обращаясь к Терезе.

Томас удивленно посмотрел на девушку.

– Я спрашиваю, что ты сделала?! – заорал Алби. – Сначала небо, теперь еще это!

– Запустила какой-то процесс, – тихо ответила она. – Не нарочно, клянусь. Процесс Окончания. Но я не понимаю, что это значит.

– Ньют, в чем проблема? – спросил Томас, не желая обращаться к Алби. – Что произошло?

Алби схватил его за майку.

– Что случилось?! Я скажу тебе, что случилось, шанк! Вижу, ты, голубок, слишком занят, чтобы хоть раз оглянуться и посмотреть, что происходит вокруг! Ну, еще бы! Счастливые часов не наблюдают!

Томас быстро взглянул на часы, с ужасом понимая, что именно упустил.

– Стены, идиот! Ворота сегодня не закрылись!

Глава тридцать седьмая

Томас потерял дар речи. Отныне все изменилось. Ни солнца, ни снабжения, ни защиты от гриверов. Тереза права – все изменилось.

– Я хочу, чтобы тебя изолировали. Немедленно. Билли! Джексон! В Кутузку ее! – приказал Алби, кивнув на девушку. – И не обращать внимания ни на одно ее поганое слово! Что бы она там ни плела!

Тереза никак не отреагировала на это, и Томас поспешил вступиться за нее.

– Да о чем ты? Алби, ты не можешь…

Алби с такой злостью сверкнул на него глазами, что юноша почувствовал, как у него застопорилось сердце, и запнулся.